5
0
— «Двести двадцать два», — сообщил Исрапи. — Есть информация, Кондор.
— Давай! — милостиво разрешил Зелимхан — чувствовалось, что командир пребывает в приподнятом настроении.
«Наверняка, козлик, радуешься, что заполучил моих бойцов, — подумал я, тихонько разминая суставы. — Радуйся, радуйся пока…»
— Есть один «четыреста сорок четвертый», — доложил Исрапи с торжеством в голосе. — Предположительно с аула номер 10 минут шесть три плюс четыре, громом балуется…
— Откуда он? — голос командира вдруг стал резче — насторожился Зелимхан. — Где вы его взяли?!
Я быстренько начал втихаря гонять мышцы ног — что-то мне не понравился тон Зелимхана, совсем не понравился.
— Ээээ… Сам пришел, — несколько обескураженно сообщил Исрапи. — Его Рашид Худаев на дороге нашел…"
"— Сам пришел?! — Голос Зелимхана скакнул вверх, чуть не сорвавшись на крик. — Где он сейчас? Ты его что, в дом пустил?
Смущенно зыркнув на сыновей Ахсалтакова, Исрапи зарделся, как пожарный щит, откашлялся и быстро соврал:
— Нет, нет — ты что, командир! Он перед двором, на улице лежит — его Юхи охраняет! Он такой худой, такой слабый…
— Ну-ка, быстро глянь, что он там делает? — распорядился Зелимхан и нервно прикрикнул:
— Бегом давай!
Постояв секунд десять у аппарата, рыжий Исрапи недоуменно пожал плечами, махнул рукой в ответ на укоризненное покачивание головой молодого муллы и опять соврал:
— Он там лежит, командир.
— Слушай внимательно, — жестко скомандовал Зелимхан. — Как только отойдешь от аппарата, немедленно сделай вот что: убей его! Сразу убей, не мешкая! Детей и жену — в подвал.
— Но командир! — удивленно воскликнул Исрапи. — С чего…
— Я сказал — делай!!! — яростно крикнул Зелимхан, чуть динамик не порвался. — Я скоро буду. А пока ждите в гости спецназ! Все…
В комнате на несколько секунд воцарилась тягостная тишина. Ай да Зелимхан! Вот стратег, так стратег — на два метра в землю видит! Однако лопухнулся ты, Исрапи, — обманул командира, пустил в дом с подопечными какого-то хмыря… Вот это ошибка!
Хотя, в принципе, твой просчет легко объясняется — ты совсем не глуп и не безалаберен — тебе даже отдаленно не могла в голову прийти мысль, что такое может случиться.
Меня наверняка занесут в книгу рекордов Гиннесса — пусть даже и посмертно. Я первый.
