5
0"
"— Вот скоро братишка с моим старшим сыном приедет — он вам массу интереснейших деталей расскажет. Если дождетесь, — доверительно сообщил Шапи. — Братишка дока у меня по перегонке, сына помаленьку приучает. На следующий год ему восемнадцать, совсем мужик! Скоро сам будет тачки гонять. Пора уже…
— А куда они уехали? — поинтересовался я.
— А, в одно хорошее местечко на Ставрополье, — Шапи небрежно махнул рукой. — Там все схвачено. Ребята заказали две «Мазды» — надо добыть.
— В смысле — купить? — придурковато спросил я.
— Да ты что, парень! — удивился Шапи.
«Автобизнес» такого рода Шапи с семейством освоил еще до войны. Просто сейчас он развернулся еще круче, размашистее — правоохранительных органов как таковых практически в чеченской природе не существует, а федералы не занимаются мелочами типа краденых автомобилей. Есть дела поважнее.
Рядом с Чечней располагаются несколько республик и государств. Из них через прозрачные границы на территорию нынешнего театра военных действий пролегают тысячи хорошо проторенных дорог, на которые чисто физически нет возможности поставить федеральные блок-посты.
Вот по этим самым хорошо проторенным дорогам целая армия ловких ичкерских умельцев гонит с сопредельных территорий краденые машины, ворованный скот, который потом пасется в легальных тучных стадах. Везут левые товары первой необходимости, похищенных женщин, оружие для всех, кто пожелает, и многое другое.
Следующее подразделение чеченских ловкачей — бензино-солярные деятели. Эта категория напрямую сопряжена с людьми в России, поскольку сами лично они ничего бы сделать не сумели — бензин на территории Чечни не производится.
— Вот у меня хороший знакомый есть, — похвастался Шапи, — Вайд из Хакана. Очень нужный парень — без него, как без рук. Недалеко от Хакана стоит филиал Олмавирской нефтебазы — несколько бочек. Когда федералы заходили, этот филиал слегка раскурочили. Ну, кому надо, метнулись туда-сюда, крутанулись и списали его — будто бы совсем уничтожили.
