11
0
Дорохов прополоскал рот водой из пластиковой бутылки с «Черноголовкой», рассказал помощнику о беседе с директором.
– Едять тя мухи! – озадачился Савкин. – У нас появился шанс дотянуться до Большого Леса, спасти ребят – и на тебе!
– Это решение президента.
– Чёрт! А я за него голосовал…
– Не вздумай ляпнуть это в компании.
– Я с плохими компаниями не вожусь. Что будем делать, Андрей Тарасович?
Дорохов допил воду в бутылке.
– Выполнять приказ.
– Но это же… предательство! – не сдержался Савкин.
– Сделаем вид, что выполняем приказ, а сами…
– Продолжим искать наших?
– Кому мы можем доверять?
Савкин засвистел сквозь зубы.
– Куницыну… Верховцеву… это зам Ставиского… Платову конечно.
– Нужно под благовидным предлогом сменить операторов беспилотников и лётчиков.
– Тут я пас, наши спецы все в разъездах.
– Найди!
Савкин приуныл, но через минуту лицо его озарилось внутренним светом:
– Что, если попросить помощи у парней из ГРУ? Они начинали эту бодягу со спасением археологов, тему знают. Вы в хороших отношениях с начальником четвёртого управления?
Дорохов вызвал в памяти лицо Скоря, тяжёлое, каменно-неподвижное, редко проявляющее эмоции.
– Знаю давно, но не скажу, что мы в приятельских отношениях.
– О нём ходит слава надёжного мужика, он государственник и нелизоблюд. Поговорите с ним.
– Он вряд ли обрадуется моему звонку.
– Пока его люди находятся в опасности, он не упустит шанс помочь.
Дорохов в задумчивости походил по палатке, взвешивая тезисы убеждений, затем мысленно кликнул букву «С»: в памяти его мобильного генерал Скорь числился под вторым номером, после имени жены.
Скорь появился в линзах вижн-очков после полуминутной паузы.
– Добрый день, Андрей Тарасович. Не ждал вашего звонка.
– Вынужден побеспокоить, Геннадий Дмитриевич. Нужна ваша помощь.
Взгляд Скоря выразил любопытство и удивление.
– Официально, как сотрудника дружественной конторы, или… конфиденциально?
– Дружески. Это личная просьба.
Лицо начальника «африканского» управления ГРУ приобрело твёрдость.
– Слушаю.
– Нам приказано закрыть тему контакта со вселенной Большого Леса.
Скорь снял очки, исчезая перед глазами Дорохова (арвижн-система работала только при наличии очков у обоих абонентов мобильной связи), появился вновь.
– Объясните.
Дорохов рассказал собеседнику о разговоре с директором ФСБ.
– Перестраховка? – осведомился начальник четвёртого управления.
– Отсутствие политической воли, – угрюмо ответил Дорохов. – Я не понимаю президента. То он разрешает все приёмы, использование любых средств, то вдруг пугается последствий и…
– Достаточно, Андрей Тарасович, – перебил Дорохова Скорь, – оставим проблемы главнокомандующего ему самому.
