Красная Шапочка и Секси-Босс

Кому ты нужен, чтобы тебе ноги вырывать? Давай, проваливай к своей невесте и ужин прихвати. Давай-давай, в добрый путь, совет да любовь и скатертью дорога.

После жалоб и мольбы в ход шли слезы.

И это уже сто процентов срабатывало с мамой. Слезу сейчас, конечно, выдавить не получится, но нужно сделать трагическое выражение лица и упасть на колени.

– Настенька… Пожалуйста… Любимая, замечательная, прекрасная, самая лучшая моя девочка.

Рома рухнул на колени, да так, что посуда на столе звякнула. Поморщился от боли.

– Пожалуйста, не убивай меня!

Пополз навстречу, протягивая руки, на самом деле при этом представляя, как его будут убивать, когда он расскажет Верочке о том, что свадьбы не будет.

А потом позовет папу, и его увезут в тихий зимний лес, где он отдаст приказ своей охране пустить Роману пулю в лоб. Нет, не в лоб, эта смерть будет для него слишком быстрой и легкой. Скорее всего, они прострелят ему колени, а потом селезенку, и он истечет кровью.

– Господи, не дай погибнуть, пожалуйста! Настенька, пожалуйста. Они реально убьют меня! Это страшные люди! Я не хочу умирать!

– Опаньки! Вот это номер! Настя, что происходит, кто этот тип? Вчера один, сегодня второй.

В самый кульминационный и драматический момент, когда из глаз Романа реально потекла слеза, появился «тот самый» мужчина, о котором говорила Анастасия. Парень отшатнулся, чуть не упал, зацепился руками за холодильник.

Настя икнула, Волков посмотрел грозным взглядом, повел в сторону головой, хрустя позвонками, щелкнул суставами пальцев, разминаясь, словно боксер перед решительным боем.

– Настя, что это за дерьмо? Я задержался на парковке, а тут уже какой-то хахаль и накрыт стол. Это что происходит? Мне начать использовать его как боксерскую грушу или лучше просто вышибить мозги головой об стену?

– Нет… нет… нет… не надо мне ничего вышибать. Я здесь случайно. Мы вообще с Настей старые знакомые, старые-старые. Я проездом в городе, решил зайти и сделать сюрприз.

Рома поднялся на ноги, сделал несколько шагов назад, задел чашку на разделочном столе, та опрокинулась, клубника рассыпалась по поверхности.

"Потом посмотрела на Волкова и не смогла отвести глаз. Он был великолепен, прекрасен, восхитителен. И она, кажется, сейчас, в это мгновение, влюбилась в него реально.

Потому что за нее никто так не заступался, причем второй раз. Никто не хотел из-за нее разбить кому-то голову о стену. Это оказалось так красиво и романтично, только, конечно, страшно представить.