Комэск

– Так точно! Разрешите вопрос?

– Что у тебя?

– Если это так важно, почему я иду один?

– Нет топлива! – раздраженно сказал командир полка. – Совсем нет! В твой слили все, что наскребли. Подвезут ночью, как обычно, а надо сейчас! Много самолетов ремонтируется еще, только к утру сделают. А ты у нас летчик хороший, да и везунчик редкий. Или боишься?

– Не боюсь, просто уточнил. Разрешите идти?

Коробков отпустил Северова, но вслед за ним вышел энкавэдэшник.

– Провожу до стоянки.

«Заодно посмотрит, чтобы ни с кем не общался», – подумал Северов.

Шли они не спеша, самолет еще готовили к вылету, загружали боеприпасы.

– Хвалит тебя командир полка, не подведи.

Самолет Олега находился ближе к концу стоянки, капитан ГБ, проходя мимо истребителей, разглядывал их, а потом спросил:

– А кто у вас в полку на «ишаке» с номером 33 летает?

– Сейчас никто, а раньше я летал.

Они подошли к самолету Северова, около которого, кроме технарей, стоял Ларионов. Увидев подошедшего сотрудника НКВД, комэск представился:

– Командир третьей эскадрильи капитан Ларионов.

– Капитан, а сколько у него сбитых?

– Три лично и два в группе, – осторожно ответил Игорь.

– Ничего не упускаешь?

– В каком смысле? Эти победы подтверждены, у нас приписок нет.

– Да я не об этом. По данным разведки, летчик на «ишаке» с номером 33 сбил над территорией противника несколько самолетов, которые пилотировали известные в Люфтваффе специалисты, точное количество сбитых нам неизвестно. По всему выходит, что это самолет вашего полка.

– Он посмотрел на Серова: – Что скажешь?

– Ничего он не скажет! – Ларионов вкратце рассказал о Кольском и его происках. – Об этих сбитых я знаю, но доказательств у нас нет, поэтому Кольский и обвиняет его в приписках, целую кампанию раздул. Но мы эти самолеты и не просили засчитывать, лейтенант просто устно доложил.

– Ладно, давай готовься, время."

"– Товарищ капитан госбезопасности, есть одна просьба. Если все-таки собьют, когда к своим выйду, то будут проверять.

– Конечно будут, как же иначе?

– А можно сделать так, чтобы ВЫ в курсе моей проверки были?

– Иди капитан, занимайся.

Когда Ларионов ушел, энкавэдэшник сказал:

– Меня Владимир Викторович зовут, Забелин. Замнаркома госбезопасности УССР. Выйдешь, попроси сообщить мне. Все, удачи тебе, младшой.

Северов стал быстро собираться, поверх комбеза надел разгрузку, проверил снаряжение. Подошел Михалыч.

– Опять ты к черту в пасть лезешь, – пробурчал он.

– Ладно, Алексей Михалыч, не ворчи. Слушай сюда! Если я из полета не вернусь, сильно не переживай. Вещички мои сохрани, о Валере позаботься. И за этими двумя обалдуями присматривай! – Северов кивнул в сторону Винтика и Шпунтика, возившихся с пулеметами его истребителя. – Они будут в танкисты рваться или в разведку.