2
0Все предусмотрели ловкие пройдохи. Только не учли одно золотое правило – чем длиннее цепь хитросплетений, тем больше в ней слабых звеньев...
– Игорь, я, честное слово, не хотела, – всхлипнула Кристина. – Я за Дашку боюсь. Я за нее очень сильно боюсь...
– А за меня не боишься. Я ведь в человека стрелял... А ведь все могло быть по-другому...
– Да, я раньше должна была тебе это сказать. Только я боялась. Очень-очень боялась. За Дашку боялась, за себя...
– А сейчас не боишься?
– Боюсь. Но не так... Раньше мне казалось, что за мной постоянно наблюдают. Вернее, я знала...
– Не понял.
– Ну, Виталик говорил, что квартира на прослушивании. В каждой комнате по два-три «жучка». И они все слышали, о чем мы говорили. И у меня в сумочке был «жучок»...
– Вот те на! А сейчас есть?
– Сейчас «жучков» нет. Ты же сделал свое дело. Ты им больше не нужен. И я тоже...
– А твоя Дашка?
– Дашку уже отпустили. Она уже дома...
– А ты почему здесь?
– Потому что я тебя люблю. Я тебя очень-очень люблю...
– Ты мне скажи, ты в самом деле видела, как бандиты вашего Славика убили?
– Да, видела, своими глазами видела.
– Может, инсценировка?
– Нет, что ты. Я же медик. Я рану осмотрела. Настоящее пулевое отверстие. И пульса не было...
– Бандиты не должны были оставлять тебя в живых.
– Я же говорила тебе, они подарили мне жизнь в обмен на услугу.
– Так не бывает. Они не могут оставить тебя в живых... И меня тоже...
– Но мы же живы. И дальше будем жить.
– Если получится...
Они уже засыпали, когда в предутренней тишине с улицы донесся едва уловимый звук захлопывающейся автомобильной дверцы.
Игорь подошел к окну, выглянул во двор. Так и есть, из иномарки с потушенными фарами выходят трое, направляются к его подъезду.
* * *Дверь сотрясалась под градом ударов.
– Лорка, открывай! Я знаю, что ты дома!
Ромчик удивленно вскинул бровь.
– Я не понял, что это за дела?
Лариса была в панике. Волосы всклокочены, груди набок.
– Это он, он, – запричитала она.
– Кто он? – недовольно поморщился Ромчик.
– Муж мой, вот кто!
– Ты ж говорила, что ты не замужем.
Лариска была его школьной любовью. Уже с десяток лет прошло, как отзвенел последний звонок. С тех пор они не виделись. А тут на€ тебе, он ее вчера в торговом центре случайно увидел. Он подъехал к ней на самокате, в смысле без понтов и без охраны. Слово за слово, рюмка за рюмкой, дело дошло до постели. Всю ночь школьную пору вспоминали.
– Не замужем, – горько усмехнулась она. – Только Шурику моему это не объяснишь...
– Ничего не пойму, – мотнул головой Ромчик.
Уже утро. Хочешь не хочешь, а все равно придется вставать. Собираться надо. И в «Лас-Вегас» ехать. С Вырасом пару тем нужно перетереть.
– Да что тут понимать. Шурика моего в тюрьму посадили. Я на развод подала, нас развели. А он из тюрьмы вышел, и ко мне.
