Когда боги смеются

""И почему одним все, а другим - ничего? Муж есть, деньги есть, так у нее еще и любовник! Салфеточки они, видите ли, покупают! Гнездышко вьют! Мужу изменяет, мерзавка, а сама меня жизни учит. Ну ничего, Олечка, ты у меня поплачешь еще!""

От чего именно должна будет поплакать соседка, Светлана еще не придумала, но желание сделать ей какую-нибудь пакость было настолько сильным, что девушка не сомневалась: так и будет.

Расплатившись, она пулей вылетела из магазина, радуясь, что удалось разминуться с соседкой.

- Давай быстрее, - нервно торопила она Бека, загружавшего пиво в багажник.

- Куда торопишься? - сквозь зубы усмехнулся Бек. - До вечера еще далеко, успеешь надраться.

- Заткнись, - буркнула Света, забираясь в машину, похожую на раскаленную печку.

Через пятнадцать минут они подъехали к дому. Светлана сразу увидела возле подъезда серебристый ""Вольво"" Павла Плетнева. Стало быть, муж дома, а жена с любовничком развлекается! Ну разве это справедливо? Нет, твердо решила Света, поднимаясь вместе с Беком на лифте, это несправедливо, и это нужно исправить. И не абы как, а в выгодном для нее, Светки Медведевой, направлении.

Глава 6

Биримбек Бейсенов даже не подозревал, с какой неприязнью относится к нему Светлана. И вовсе не потому, что она так ловко скрывала свое отношение, а оттого лишь, что он не давал себе труда приглядываться и прислушиваться, вникая в нюансы слов и поступков. На жизнь он смотрел сквозь призму двух вещей, которые интересовали его более всего на свете: танцев и любви к своей девушке, Ксении. Только это казалось ему главным и достойным внимания, а все остальное значения не имело.

Он составил ящики с пивом на кухне возле холодильника и уже направился было к двери, как прозвенел звонок.

- Открой. Бек! - крикнула Светлана откуда-то из глубины квартиры. Прямо с порога она помчалась в ванную умыться и сменить влажную от пота одежду.

В дверях стоял красивый парень. Беку сразу бросились в глаза густые длинные ресницы, больше подходящие юной красавице, нежели спортивного сложения молодому мужчине. ""Моей Ксюше бы такие, - подумал он непроизвольно. - А то она, бедненькая, вечно комплексует, реснички светлые и реденькие, ей кажется, что у нее из-за этого глаза невыразительные.

Даже тушь какую-то специальную покупает, которая удлиняет ресницы. Глупышка, как будто я ее за красоту люблю..."" Бек поймал себя на том, что привычно съехал на мысли о Ксюше. Он каким-то невероятным образом умудрялся вспоминать о ней в любой момент и в любой ситуации, что бы ни происходило вокруг, с кем бы он ни общался и о чем бы ни шла речь. Единственными моментами, когда он мог не думать о ней, были минуты, проводимые на сцене. То есть он именно МОГ не думать, но осуществлял эту возможность далеко не всегда.