Когда боги смеются

А чего не в настроении? Случилось что-нибудь?

Настя собралась было сказать ему про щенка, но на глаза тут же навернулись слезы. Интересно, когда она сможет рассказывать об этом спокойно? Неужели такое время настанет? Пытаясь скрыть лицо, она нагнулась и с преувеличенной тщательностью начала изучать шнуровку на спортивных туфлях.

- Да нет, все в порядке, - ответила она, не поднимая головы. - Я не смурная, просто озабоченная.

- А-а-а, - протянул Коротков, - тогда ладно. Как твоя псина поживает? Что-то ты мне давно сводки с фронта не подавала.

""Сводками с фронта"" он называл ежедневные рассказы о проделках щенка и его здоровье, которыми Настя развлекала своего начальника во время ритуального кофепития.

- Псина? - Она постаралась взять себя в руки, чтобы голос не дрожал. - У псины тоже все в порядке. Он теперь у своего хозяина живет.

- Да ну? Нашелся хозяин? Опять занято. Что ж ты мне ничего не сказала? Давно щенка забрали?

- Его... - она все-таки не справилась с собой, слезы полились из глаз, капая со щек на голубую водолазку.

- Эй, Настюха, - Коротков вскочил, обошел стол, встал рядом с ней, - ну ты это... кончай реветь-то. Ну чего ты?

- Извини.

Настя всхлипнула и ладонью вытерла слезы. Коротков молча протянул ей платок, она благодарно кивнула.

- Я в порядке, Юра, все нормально.

- Ага, вижу я, в каком ты порядке, - проворчал он.

- Просто не думала, что я так к нему привязалась. Знаешь, каждый день ждала, что хозяин позвонит и заберет его, думала: скорее бы, я же видела, что Чистяков злится, особенно после этой истории с диссертацией, которую щенок сожрал. И спать он мне мешал, и вещи грыз, в общем, я думала, что он - обуза, которую я по недомыслию взвалила на себя и на Лешку.

А когда Лешка сказал, что с минуты на минуту придет хозяин и заберет его, я поняла, что... вдруг почувствовала...

Она остановилась, боясь снова расплакаться. В груди опять появилась боль, которая утихала только со слезами.

- Ну ладно, ладно, хватит, не береди рану. Хочешь - поплачь тут у меня потихоньку, а рассказывать больше не надо. О, дозвонился. Але, Николай Иваныч, день добрый, Коротков беспокоит...

Пока Юра задавал вопросы и записывал что-то на перекидном календаре, Настя рассматривала себя в зеркале, которое, точно так же. как и у нее в кабинете, было прикреплено к внутренней стороне дверцы шкафа.

Ну хороша! Глаза красные и злые. лицо опухшее, волосы растрепались, челка слиплась, на светлой шелковой водолазке мокрые пятна. Прямо Мисс Петровка, 38. ""Надо делать макияж, - неизвестно откуда появилась в ее голове мысль. - И одеваться по-другому. Хожу как чучело. К тому же если ресницы будут накрашены, я буду бояться плакать, а то тушь потечет. Все, решено, с завтрашнего дня начну уделять внимание внешнему виду. А то так и умру, не поносив нормальную женскую одежду"".