Когда боги смеются

Алексей быстро и ловко нарезал овощи и зелень и уселся за стол с солидной порцией салата, когда Настя едва-едва успела выпить полчашки.

- Ася, сколько отсюда добираться до Мосфильмовской улицы, не знаешь случайно?

Настя подняла на мужа удивленные глаза.

- Случайно знаю, там пару лет назад один киллер скрывался, а мы его вылавливали. Добираться долго и неудобно. А тебе туда нужно по делам?

- Еще не знаю.

- Как это?

- Не решил пока. Понимаешь, мне предложили позаниматься с отпрыском какого-то навороченного бизнесмена, подготовить его к вступительным экзаменам, но с условием, что я буду приезжать к нему домой, а не он ко мне.

- Этот отпрыск - инвалид и не выходит из дома? - спросила она.

- Да нет, вполне здоров.

- Тогда не браться, - отрезала Настя, не раздумывая ни секунды.

- А деньги, между прочим, предлагают хорошие, - заметил невозмутимо Алексей, методично пережевывая овощи. - Ты не забывай, что я занялся репетиторством не из любви к преподавательскому искусству, а исключительно ради денег.

- Все равно не браться. Если ученик требует, чтобы учитель ездил к нему домой, то такой ученик учителя ни в грош не ставит и ни на копейку не уважает.

- А денежки? - прищурился Чистяков. - Они же нужны, ты с этим спорить не можешь.

- Леш, чувство собственного достоинства нужно еще больше, с этим тоже спорить нельзя.

- А я и не спорю. Я помогаю тебе проснуться, доверчивая ты моя.

- Почему это я доверчивая? - не поняла Настя.

- Потому что ты искренне поверила, будто я размышляю над этим предложением.

- Так!

Настя со стуком опустила на стол чашку с недопитым кофе и потянулась за сигаретами.

- Значит, никакого предложения не было?

- Ну почему? Предложение было.

- И что ты ответил?

- Асенька, мы с тобой знакомы двадцать четыре года без нескольких месяцев. Неужели тебе нужны мои объяснения на этот счет?

- Ну слава богу, - облегченно вздохнула Настя. - Но ты все-таки мерзавец, Чистяков.

- Так это не я мерзавец, - засмеялся он, -а ты дурочка.

- Вообще-то верно...

Настя посмотрела на часы и вскочила.

- Лешик, я пойду, пока народ не выполз на оперативные просторы. В семь утра в метро еще можно ездить, а в восемь - лучше сразу удавиться. Целую страстно, приду поздно.

- Валяй, - кивнул Алексей, - у меня в девятнадцать часов последний ученик, так что раньше двадцати одного можешь не являться.

- А первый когда?

- В девять утра.