Когда боги смеются

За час работы ребята уже трижды сообщали о подходящих на роль Фаната кандидатах, но пока только одного из них имело смысл держать под контролем, остальные двое, как выяснилось, пришли с компаниями. По первым прикидкам было решено, что Фанат скорее всего одиночка. Маловероятно, чтобы человек, имеющий друзей и не обделенный общением, стал бы вести себя так, как убийца: писать таинственные письма и преследовать (вплоть до крайних мер) совершенно незнакомых ему людей, ничем его, строго говоря, не обидевших. Таково было твердое Настино мнение, но Коротков это мнение не разделял.

- Вот видишь, - настырно вернулся он к прежней теме, когда в четверть первого поступило сообщение еще об одном подходящем блондине, - это уже четвертый. А сколько их еще будет?

- Юрочка, из первых трех только один пришел без компании. Что ты так волнуешься? И этот четвертый, я уверена, окажется с друзьями, через пару минут тебе сообщат об этом.

- Все равно я не понимаю, - упирался Коротков, - почему ты решила, что Фанат - непременно одиночка? Ну вот почему, почему? Ну убеди меня!

- А просто так, на слово, не веришь? - улыбнулась Настя.

- Не верю!

- Станиславский ты мой. Иди в театр, работай режиссером и говори актерам: ""Не верю!"" Ты помнишь наш вчерашний разговор с женой Лесникова?

- Помню, чего ж тут не помнить, чай не в прошлом году было. И что?

- Я вот после вчерашнего все думаю, а зачем, собственно говоря, люди общаются?

Юра поерзал на сиденье, стараясь устроиться лицом к Насте.

- Чего-о-о? - недоуменно протянул он.

- Повторяю: для чего людям бывает необходимо общаться друг с другом?

- Ну как это для чего? Чтобы обмениваться информацией.

- Ладно, я задам вопрос по-другому. Почему ты испытываешь потребность поговорить с кем-то, поделиться своими переживаниями, рассказать о том, что у тебя произошло? Почему ты стремишься не получить информацию, а дать ее? У тебя в данном случае никакого голода нет, а ты все равно стремишься к общению. Можешь объяснить, почему? Вот ты на протяжении почти десяти лет бегал ко мне в кабинет и рассказывал, какая у тебя Лялька стерва и какой ты несчастный, потому что не можешь слиться в любовном экстазе со своей Людмилой.

В переговорном устройстве раздалось потрескивание, потом послышался голос одного из оперативников:

- Второй, я Пятый. Номер четыре встретился с девушкой, они уходят.

- Скатертью дорога, - пробурчал Коротков себе под нос и уже громче добавил: - Пятый, пусть он уходит. Отбой."

"- Ну вот, а ты переживал, - усмехнулась Настя.