Кофе с любовью

– Я и не начинала. Ты сам все сказал. А сейчас отпусти, пожалуйста. Очень хочется спать.

Рома отпустил. Что-либо говорить сверх сказанного бессмысленно, она все воспринимает по-своему. Довлатов всегда старался избегать споров с женщинами, не любил этих выяснений, взаимных упреков. Но тут… тут хочется достучаться, только как? Как это сделать? Прослыть героем, отказавшись от заказа, когда считай уже вышли на финишную прямую? И кто же ей обо всем рассказал? Явно тот, кто в курсе дел Смирнова и кто хотел, чтобы обо всем узнала именно Алина."

"– Ламер, мать твою… – прошипел Рома.

И как сразу не догадался? Она же встречалась с братом Смирнова, проболталась однажды, будучи под градусом. Внесла свою лепту… Довлатов вытащил из кармана туристический буклет и бросил на диван. Хотел сделать подарок Алине, организовать тур по Европе. А теперь его ждет тур по всем девяти кругам Ада.

Алина в это время находилась в душе. Вода смывала слезы, жалко, не унимала боль. Вот весь смысл отношений с начальником, который многократно старше. И Смирнов туда же. Решили поразвлечься с проблемной девочкой, сначала один, потом второй. Типичные хищники, безжалостные, эгоистичные, двуликие. А она наивная дура. Даже не так, она всего лишь жалкая малолетка, подвернувшаяся под руку. Влюбленная малолетка…

После душа собралась было в кровать, однако в дверях столкнулась с Ромой, он сейчас же поймал фею.

– Алин, – привлек к себе. – Скажи, это Вика? Она рассказала?

– Какое это имеет значение? – попыталась отстраниться, но не вышло.

– Большое.

– Хочешь сказать, все не так? Ты пришел наладить дела кофейни? Помочь?

– Послушай, иногда…, – но Алина перебила.

– Хватит. Ты каждый раз пытаешься убедить меня в том, что происходящее – это нормально. По-твоему, я должна смириться?

– Я не могу дать заднюю, пойми ты! – встряхнул ее. – Это огромные деньги! Откажись я доводить дело до конца, моя карьера окажется под ударом! Смирнов не будет со мной цацкаться! Кто я и кто он?

– Хорошо, я тебя услышала, – съежилась вся. – Только прекрати на меня кричать.

– Прости, – прижал ее к себе. – Прости, пожалуйста. Но я… у меня нет таких связей и таких денег, чтобы идти против Смирнова.

Довлатов резким движением сорвал с нее полотенце, начал целовать:

– Я люблю тебя, слышишь? Хочу быть с тобой, только с тобой.

От беспомощности, отчаяния Рома любил свою фею на грани безумия. Алина отвечала ему такой же страстью, позволяла брать грубо, целовать до нехватки воздуха. Ведь это их последняя ночь, ибо сделок с совестью не будет. Как и обмана. Довлатов ясно дал понять, она для него бестолковая наивная овечка, блеющая о любви.

После такого секса Алина быстро уснула, а Рома не смог. Все смотрел, как она спит. Думал о своей жизни и смотрел.