Кофе с любовью

– Я тоже тебя люблю, – прошептала чуть слышно, после чего сняла с него пиджак, расстегнула рубашку.

– Мне бы в душ сходить.

– Нет. Не хочу, чтобы ты сейчас уходил. И кто-то обещал меня наказать.

– А ты провинилась?

– Да, воспользовалась твоей бритвой.

– Ого. Серьезный проступок с твоей стороны.

Алина повернулась к нему спиной, положила руки на спинку дивана.

– Покажи мне, как это, – склонила голову.

Довлатов немедленно припал губами к ее шее, потом спустился вдоль позвоночника к пояснице. Ладонями принялся гладить ягодицы. Вдруг Алина ощутила легкий, но звонкий шлепок, от коего вздрогнула и тут же засмеялась.

– Тебе весело? – провел языком у самой развилки.

– Уже нет, – низ живота тотчас наполнился приятной тяжестью.

Он слегка раздвинул ягодицы и начал ласкать ее попу. Алина лишь опустила голову на спинку дивана, тело резко перестало слушаться, сознанием полностью завладело желание испытать больше, зайти дальше. Следующие шлепки только разжигали страсть, причем в обоих, а после удара, Рома немедленно целовал порозовевшее место.

– Я хочу тебя, – посмотрела на него глазами, которые стали в разы темнее.

– А я хочу видеть тебя, – сел на диван и затянул фею к себе на колени.

Алина со стоном впустила его в себя. Поначалу движения были медленные, а поцелуи не такие глубокие, однако скоро все изменилось. Рома помогал ей двигаться, пальцами продолжал ласкать попу, а целовал так, что Алина забылась.

– Ты уверена, что хочешь до самого конца? – уже готов был кончить в любую минуту.

– Уверена. Я теперь на таблетках, – простонала в ответ.

Вдруг каждая мышца на ее теле напряглась. Довлатов тогда крепко ухватил фею за зад и несколько раз быстро и резко насадил на себя.

После такого они еще около часа сидели на диване, наслаждаясь тем особым состоянием, что наступает после яркого финала.

А на следующий день Рома отвез свою первокурсницу в университет на торжественную часть. В ее глазах было столько восторга. Довлатову еще не доводилось видеть девушек, столь рьяно стремящихся учиться. Но что там другие? Это же его фея, особенная неповторимая фея. Алина нарядилась в то самое платье, в каком была на вечере рестораторов.

– Ты так сияешь, что мне уже страшно, – посмотрел на нее, когда припарковался недалеко от центрального входа в Университет. – Смотри там.

– Боишься, изменю тебе с высшей математикой?

– Лишь бы не с математиком, – и подмигнул.

– Ой, а вдруг он будет такой молодой, красивый, умный и в очках.

– Не, лысый будет, старый, вонять нафталином, но да, в очках.

– Ром, – обняла его, осторожно коснулась губами шеи, отчего Довлатов испытал немедленное возбуждение, – ты мой первый и единственный мужчина.

Через мгновение они уже целовались.