1
0"
"А потом лысый открыл рот, и поручик свой вынужденно закрыл.
Пять минут воплей и криков. Гордеев внезапно вспомнил армейское училище и своего курсового офицера. У него была кличка среди курсантов — Зверь. Так вот. Зверь — ребенок по сравнению с этим странным лысым!
Пять минут криков и матов. А затем еще пять минут нотаций. И спас его Ист-барон, что отозвал своего цепного пса, а то бы тот изгалялся еще долго!
И ведь самое удивительное, сам Гордеев даже слова вставить не мог. Ноги стали ватными, а рот отказался открываться, словно мозг подал команду: Не лезь дурак, прибьют!
* * *
К Архипу я заходил, весело напевая песенку, которая засела в моей голове.
— Здравствуйте, Марья Ивановна! Большой босс у себя? — подмигнул я секретарше, которую уже хорошо знал.
— Ой, Александр, а вы знаете, что господин Хрулев...
— Конечно, знаю, — не дал ей выбросить на меня целый поток информации. — Вот потому я пришел не к Петровичу, а к Архипу! Он у себя?
Большая шоколадка, вытащенная из сумки, аккуратно ложится на стол, а улыбка женщины становится еще шире.
— Конечно у себя, проходи! Я сейчас кофе сделаю… или чаю лучше? — защебетала она, и по деловому принялась расхаживать по приемной в поисках нужных вещей.
С самого начала нашего знакомства я разрешил ей обращение на ты. В этом мире я выучил один ценный урок, который не раз меня спасал, особенно у Годартов. А именно, с секретарями нужно дружить и никогда… Никогда, еще раз повторяю, не обижать их. Очень полезные люди у тебя в друзьях, которые могут, как помочь, так и испортить жизнь.
Вообще удивляюсь, как туда берут простолюдинов. Эта профессия наделена такой властью, что даже иногда пугает.
Вот помню, звонил я Хрулеву, мол, зайду поговорить, а он такой, я занят, и освобожусь нескоро, у меня важная конференция. Зашел к Марье Ивановне и узнал, что он не занят, а пьет свой успокаивающий чай, и просто любит это делать в одиночестве. Угадайте, кто зашел?
Вот прямо так зашел, как сейчас к Архипу.
А Архип, красавец, как я погляжу.
— Ну, здравствуй! — улыбнулся я с порога, и раскинул в стороны руки. — Должен заметить, костюм тебе идет.
— Галактионов? — от удивления расширились его глаза. — Как ты?.. Я же велел никого не пускать!
— Ага, велел... Не бери в голову, я к тебе в гости пришел, а ты «не пускать»! — в нашем деле главное не молчать, чтобы зубы заговорить.
Особенно тогда, когда тебе что-то нужно, и в нормальном состоянии это тебе не дадут.
— Да вот, работаю... — Архип всё еще не понимал, как я прошел. — Ладно, присаживайся.
Он даже поднялся, чтобы указать мне на кресло, а затем подошел ко мне поближе, и поздоровался за руку. Но все было не так просто. Затем он подошел к двери, и стал ее тщательно проверять.
Как бы не сломать моего торгаша. А то он не может врубиться, как я зашел в закрытую дверь.
