Хочу вернуть тебя

Это же не донорство, как в вашем случае, когда Егор Алексеевич анонимно сдал бы биоматериал. Это иное.

- Но его обманули! Он был уверен, что Лена от него!

Я невольно восхитился тем, как за считанные миллисекунды Лебедева превратилась из спокойной, даже отстраненной женщины практически в львицу, готовую защищать свой прайд любой ценой.

- Значит, будут давить на ошибку в клинике, - развел руками Запольский.

- И утопят детище сестры Сивацкого? - Ева фыркнула. - У этих людей вообще есть хоть что-то святое?

Вопрос был риторическим. Ни у меня, ни у юриста ответа на него не имелось.

- В ближайшее время я затребую все копии документов из клиники и съезжу туда, чтобы ознакомиться с оригиналами. Вам нужно будет дать мне доверенность, чтобы я представлял ваши интересы, Егор Алексеевич. Что же касается дочери Евы Олеговны, - пока мы защищены законом. Но если он будет попран - мы обратимся в суд. И в прокуратуру. Я позвоню вам, как только будут новости."

"Я кивнул и мы с Лебедевой поднялись со своих мест. Поблагодарили Запольского, после чего покинули его кабинет.

- Идем выпьем кофе. Или лучше пообедаем. Я так сегодня и не смог впихнуть в себя ни крошки, - предложил Лебедевой, на что она рассеянно кивнула.

- Да, я тоже сегодня не ела, - сказала в ответ.

Мы прошествовали к первому попавшемуся местечку, где нас могли покормить, устроились за столиком. Ева изучала меню, а я - Еву. Если она думала, что я вот так спокойно отнесусь к тому, какой отстраненной она вновь стала, то сильно ошибалась.

Заказав по порции том яма, мы отпустили официанта и когда тот удалился, я подался к Еве и спросил:

- Тебя что-то беспокоит? Ну, помимо того дерьма, в которое нас пытаются втянуть Августушка и ее любовник?

Лебедева прикусила нижнюю губу, на этом зрелище я залип взглядом.

- Дело в том, что когда я не жила здесь, я обследовалась в клинике «Мед-корп». Это филиал в том южном городке, куда я уехала, ну… после того как…

Она замолчала, я же помрачнел. Каждый раз, когда между нами всплывала тема того, что я натворил годы назад, мне становилось настолько не по себе, хоть скидывай собственную шкуру.

- Так, - вот и все, что смог выдавить из себя. - Ты сказала, что у тебя был… жених?

- Да, Виталий.

- Надеюсь, не Сивацкий? - невольно округлил я глаза, на что Лебедева лишь рассмеялась.

- Нет, не он. Но, наверно, это своего рода карма.

Она выдохнула и стала мять в пальцах салфетку. Со слов Евы я знал, что они с этим самым Виталием расстались, когда Лебедева стала настаивать на детях, но обстоятельства всего были для меня неясны.