Кодекс Крови. Книга IV (СИ)

Он был тёплым и приятным, словно нагретый солнцем. Даже запах здесь был очень странный, солоноватый, горячий, оседающий на языке пеплом.

Кирана взглянула в небо и замерла. Солнце. Огромный жёлтый шар, согревающий своими лучами, висел на небосводе. Странное место, не пугающее, но почему-то казалось, что здесь нельзя задерживаться. Она шла недолго, но, когда туман рассеялся, замерла, не доходя до конца моста. Всё потому, что впереди не было земли, берега, любой твёрдой поверхности, на которою можно было бы ступить. Лишь безбрежный океан синей лазури и красного пурпура, волны которого не смешивались, соприкасаясь в середине и с шипением отступая, чтобы вновь сойтись с шипением и паром."

"Кирана в нерешительности остановилась на краю. Куда дальше? И как? Она спустила ноги с мостика, предварительно прикинув, что точно не коснётся кромки разноцветного океана.

— Что всё это значит? Что я должна сделать? — прокричала она в небо, подставив лицо лучам солнца.

Кольцо на пальце нагрелось, привлекая к себе внимание. Охотница внимательно рассматривала камни на нём. Стоило повернуть руку в сторону лазурных волн, и голубой камень начиная сиять ярче, красный же, словно затухающее пламя костра, становился едва заметным. Если же Кирана тянулась к пурпурным волнам, то голубой камень бледнел, выцветал почти до белого цвета. Какую бы сторону она ни выбирала, поверх волн проявлялась дорога. Зыбкая и туманная, но она была.

— Я, что, должна выбрать только одну? — Кирана задала вопрос в пустоту, рассматривая взаимодействие волн при удержании руки строго на линии соприкосновения океанов. Оба камня горели ярким насыщенным светом, волны шипели, расходились и сходились снова в вечной борьбе.

— Я не хочу! — тихо и упрямо призналась сама себе охотница. И вода, и огонь были частью её самой, как и говорила когда-то в детстве приёмная мать. Огонь души и холодное спокойствие разума. Как можно отказаться от части себя?

Мост под девушкой задрожал, она повернулась назад и увидела, как камень за камнем осыпается некогда надёжная опора. Её торопили, заставляя сделать выбор. Но всё внутри охотницы протестовало против этого. Мать всегда говорила, что стоит выбирать собственную дорогу, что бы ни случилось. Никто и никогда не приведёт тебя к счастью, ибо видит счастье сквозь призму собственной жизни, опыта и страхов.

До Кираны оставалось три ряда камней, когда она, наконец, решилась:

— Там, где есть две дороги, всегда найдётся и третья.

Девушка легко соскользнула с моста в воду, целясь ровно посередине. Она готовилась ухнуть в воду или обжечься об огонь, но вместо этого легко и невесомо шла по паровым облачкам на границе соприкосновения.