9
0Уже теряя сознание, девушка увидела перед собой нахально улыбающееся лицо светловолосого мага и ощутила, как защёлкнулись рабские колодки на запястьях, отрезая Кирану от ставшей такой родной магии."
"— Дух будет доволен, но сначала с тобой позабавлюсь я! — самодовольно произнёс похититель, но охотница этого уже не услышала.
Глава 27
Ингрид Исбьерн спешно покидала Санкт-Петербург. Её притязания на наследование земель Хельма, зовущегося у русов Холмом, наконец, подтвердили в Геральдической службе, заверив соответствующей бумагой прямое родство Ингрид и её давней родственницы Изольды Земельно-Удавовой, в Дании именуемой Изольдой Йордбоэ.
Ещё одной причиной отъезда был проснувшийся дух. И ведь прошло всего девять дней с момента последнего кормления, а он снова ярился. Крови тринадцати девушек хватило на девять дней, сколько же он потребует дальше? Возможно, если бы ему скормили магичек, это бы насытило его гораздо лучше, но где же их взять?
Накануне отъезда с Ингрид связался Михельс, этот избалованный мальчишка, по недоразумению получивший от духа столько силы и выступающий сейчас совершенно бесполезным клоуном при императорском дворе русов. Князь предупредил, что ему наскучили балы и разгульная жизнь, и что он направляется в гости к давнему другу, некоему ярлу Михельсу Мюгу, с которым они были знакомы полвека назад.
Ингрид было плевать, куда и зачем отправляется этот болван. Её главная цель — найти колыбель мира, и хранительница была близка к ней как никогда. Пока Геральдическая служба изучала родовые метрики Ингрид, сама хранительница изучала древние атласы империи русов, пытаясь отыскать местность, похожую на собственную рукописную карту.
И кто бы мог подумать, что помощь в поисках ей окажет прекрасное белокурое создание пяти лет, пришедшее с матерью в библиотеку и поднявшее с пола обронённый листок с зарисовкой.
— Мамочка, смотри, у тёти карта как в Великом побоище! Глянь, даже замок Отступницы отмечен!
— Простите, она ещё маленькая, не понимает, что взрослым нехорошо мешать в библиотеке, — извинилась мать и попыталась отнять рисунок из рук дочери. Но та вцепилась в него мёртвой хваткой.
— Ничего, милая! Я всё понимаю, у самой трое таких негодниц дома осталось, — максимально располагающе улыбнулась Ингрид. Она склонилась к девочке, протягивая той плитку шоколада, купленную накануне. — Скажи-ка, дорогая, а где ты читала про Великое побоище и замок Отступницы? А то бабушка уже старенькая и забыла, в какой это книге.
— Что вы, не стоит! — попробовала было протестовать мать против лакомства от незнакомой женщины, но у дочери были совсем другие планы.
