8
0
— Я — Трай, и я всё ещё следую кодексу Крови…
Мне хватило одного рывка, чтобы полоснуть соперника когтями. Горячая кровь пролилась на песок, разрезая мышцы до кости. Чужая жизнь мотыльком трепыхалась у меня на ладони. Сейчас я мог убить его одним щелчком пальцев, но тогда был бы ничем не лучше его и Асты.
— Что с тобой стало на острове? Почему, будучи почти равным богам по силе, ты вдруг оказался на побегушках у слабой человечки? — я наступал, а Эйко пятился, с ужасом взирая на лужицу собственной крови у меня на ладони.
— Остров — обман! Весь путь — обман! Она нас бросила! Оставила на растерзание молодым богам, рядом с которыми мы лишь жалкие подобия. Нам пришлось выживать! Мы не виноваты! Она нас бросила!
— Вас была дюжина… малый пантеон, — вдруг дошла до меня одна простая мысль. — Целый малый пантеон, и вы ничего не смогли сделать, обратив оружие друг против друга?
— Мы не виноваты! Когда я туда попал, в живых было меньше половины, остальные или погибли или пропали без вести, — взахлёб жаловался Эйко.
Я же решил просмотреть его воспоминания. Лучше бы я этого не делал. Я увидел, как истекала кровью Девятая у него на руках, неверящим взглядом взирая на любимого, как Эйко пировал вместе с Астой, купаясь в крови только захваченного мира. Как он встречал остров, ожидая увидеть очередную жертву и выпить её до дна в надежде подняться на следующую ступень развития.
— Ты забыл, что мы можем просматривать память через кровь, — с омерзением взирал я на Эйко.
— Нет, это ты забыл, что нам для убийства нужна лишь капля крови, — безумно оскалился некогда один из величайших последователей Матери Крови.
— Тебе меня не достать, ты уже пытался.
— А ты и не был целью, — расхохотался Эйко, — ты был лишь отвлекающим маневром и донором.
Он щёлкнул пальцами, и в воздухе растаяла вязь рун, передающая проклятие тлена к родственной мне крови. Время замерло. Я чувствовал, как проклятие вгрызается в сердце сестры, присасываясь к энергоканалам и распространяясь вместе с кровью по всему организму. Кирана билась в агонии, её огонь старался выжечь заразу, но вместо этого только подпитывал её. Лёд замораживал тело, пытаясь остановить распространение смерти, но проклятие с одинаковой жадность сжирало как горячую, так и замороженную плоть.
— Хер-р-ра с-с-с два ты угадал! — я рванул вперёд, пробивая когтями его грудную клетку. Чувствуя, как рёбра ломаются с хрустом, я испытал ни с чем не сравнимое удовольствие.
«И пусть я лишусь покровительства Матери, но свою семью сберегу!»"
"С этой мыслью я активировал ранее наложенный кровный щит и потянул через него проклятие на себя. Тлен неохотно покидал такое вкусное и энергетически насыщенное тело. Ему нужна была приманка посильнее. И я дал её.
