10
0Шутка ли, десять лет в наши головы информацию вбивали… Знаешь, сколько у нас предметов было? У-у-у!
– Жуть! – передернулся он.
– А еще у плутония, номер которого я забыла, период полураспада двадцать четыре с чем-то тысячи лет. М-да… – Тут я с подозрением пристально уставилась на сопку. – Слушай, если вдруг я права, то мы с тобой сейчас сидим на радиоактивной куче гадости и облучаемся.
– Кольцо твое спокойно? – скосил Карел глаза на мой перстень, определяющий яды и всякие вредоносные добавки артефакт. Достался он мне в качестве благодарности за очистку крови мамы Неллины, эльфийки из школы, и с тех пор я его не снимала никогда, даже в душ в нем ходила и спать ложилась.
– Спокойно, только… вдруг он не умеет определять радиоактивное излучение? – занервничала я.
– Давай ты не будешь меня запугивать, а? Я ведь понятия не имею, что такое радиоактивное излучение и чем оно чревато. – Я открыла рот, чтобы просветить его, но напарник предостерегающе поднял обе руки, останавливая: – Не надо!!! Ты мне уже рассказывала про кулинарные изыски вашей реальности, до сих пор передергивает, как вспомню. Тебе бы книги ужасов писать, Кирюш. Предлагаю другую гипотезу, не такую страшную.
– Ну-ка?
– Например… некое существо, этот самый Механический бог, путешествовал по мирам, его занесло в Дарколь, и он по каким-то причинам решил тут остаться. Жил он ранее, как и ты, в технической реальности, и магический мир ему сильно не понравился. Представь, что он был не маг, но хорошо разбирался в технике и имел с собой какие-нибудь сложные инструменты, а не швабру, как это вышло с тобой. И вот эти его инструменты или приборы могли… мм-м… магию блокировать. Или не саму магию, а только ее источники. И вот он, желая уравнять свое могущество с силами местных жителей, что-то такое сотворил, от чего магия иссякла. Чем не вариант?
– Твоя версия мне нравится больше, – фыркнула я. – А то моя какая-то уж больно странная…
Дальше мы, как обычно, устроили мозговой штурм, высказывая самые дикие предположения, ухахатываясь над некоторыми из них и отметая в сторону, чтобы тут же выдвинуть на их место еще более невероятные идеи.
К ночи стало ужасно холодно. Открытое пространство степи быстро теряло тепло, и наш крохотный костерок уже не спасал. Так что когда Карел улегся, закутавшись в одеяло, я сделала бровки домиком, прижала к груди свой шерстяной пледик и изобразила очень-очень несчастного котенка, глядя на друга с жалобным видом.
Он тяжко вздохнул и приоткрыл край своего одеяла, позволяя мне нырнуть к нему под бок. Я обрадованно пискнула, укрыла его вторым слоем и пристроилась рядышком. Это была уже не первая наша совместная ночевка.
