Везите всех четверых в участок, допрашивайте ночь напролет. И всю ночь слушайте один ответ.
– Без комментариев, – подсказывает Рон.
– Без комментариев, – говорит Ибрагим.
– Как в «24 часа под стражей», – говорит Джойс.
– Кто откопал тело, вы не знаете и от нас не услышите, – продолжает Элизабет. – Кто брал кости на анализ, вы тоже не знаете и от нас не узнаете. А в заключение вечера попробуйте объяснить в прокуратуре, что четверо граждан на восьмом и девятом десятке лет не донесли об обнаружении тела. Почему не донесли? Какие у вас доказательства помимо неправомочных признаний, услышанных вами сегодня вечером? А все четверо подозреваемых охотно явятся в суд, будут радостно улыбаться и делать вид, что принимают судью за свою внучку, и спрашивать, почему она так редко их навещает.
– С моей-то спиной! – вставляет Рон."
"– Или же, – продолжает Элизабет, – вы можете нас простить и поверить, что мы хотим помочь. Можете принять наши извинения за излишнее рвение, потому что мы ведь знали, что поступаем нехорошо, и тем не менее продолжали.
Минуту длится молчание.
– Так вы что, – спрашивает Крис, – перезахоронили кости?
– Мы решили, что так будет лучше, – кивает Джойс. – Уступить вам славу.
– Я бы подобрался к могиле в верхнем правом углу в четвертую или пятую очередь, – советует Рон. – Чтобы не слишком явно было.
– А пока, – продолжает Элизабет, – мы можем приятно провести вечер и больше не орать. Мы расскажем вам всё, что знаем. Чтобы вы прямо с утра могли взяться за работу.
– И вы, если сочтете возможным, могли бы поделиться с нами информацией, – добавляет Ибрагим.
– Хотите информацию о приговорах за препятствование ходу правосудия? И осквернение могил? – предлагает Крис. – До десяти лет, если хотите знать.
– Ох, Крис, мы это уже проходили, – вздыхает Элизабет. – Бросьте пыжиться и проглотите свою гордыню. Кроме того, мы не препятствуем, а способствуем.
– До трупа, насколько я заметил, не вы докопались, – добавляет Рон, обращаясь к Крису и Донне.
– Безусловно, мы уже проделали большую работу, – говорит Ибрагим.
– И мне так видится, – поддерживает его Элизабет.









