«У тебя есть свой мир, а у меня – свой», – сказала она. – «Иногда нужно оставить все, как есть».
Рису показалось, что его сердце разбилось. Он не мог избавиться от ощущения, что она просит его уйти.
«Вы хотите, чтобы я ушел?» – спросил он с разбитым сердцем.
Селезе заглянула в его глаза. Ее глаза были душевными, проницательными, и Рису показалось, что он тонет в них. Он не понимал, о чем говорит выражение ее лица.
«Как хочешь», – ответила девушка.
Сердце Риса оборвалось.
Он развернулся и пошел прочь, чувствуя себя раздавленным. Рис был растерян, не зная, отвергла ли она его, но одно было точно – девушка его не приняла.
Молодой человек ускорил шаг, направляясь к своим собратьям по Легиону, возвращаясь в мир, который он понимал. Хотел бы он никогда не приезжать сюда. Если это была та девушка, которая спасла его жизнь, в глубине души Рис хотел бы, чтобы его вообще никогда не спасали.
Глава двадцать седьмая
Годфри бежал по глухим переулкам самой захудалой части королевского двора, пытаясь догнать мальчика, когда тот нырял в толпу.
Годфри оттолкнул какого-то пьяницу со своего пути, оббежал молодого человека, пытавшегося продать ему опиум и протиснулся мимо ряда шлюх, когда эта часть города начала становиться все хуже и хуже. Суженные улочки были наполнены сточными водами и грязью. Этот мальчишка был быстрым и знал эти улицы очень хорошо, петляя короткой дорогой вокруг торговцев. Было очевидно, что он живет где-то поблизости.
Годфри должен поймать его. Несомненно, была причина, по которой этот мальчик бросился наутек, по которой он не остановился, когда они заметили его возле могилы.
Мальчик хорошо знал дорогу, но Годфри знал ее еще лучше. Там, где ему не хватило скорости, он восполнил остроумием. Проведя почти всю свою жизнь в пивных и в борделях на этих улицах, проведя здесь слишком много ночей, убегая от стражи своего отца, Годфри знал эти улицы даже лучше этого мальчишки.









