5
0
– Если бы знал, что вы так крепко спите, остался бы до утра в лесу. Переживал, как вы без меня, перепугался, стучу-стучу, и тишина, уже колотить начал, – мужчина раскрыл полностью ворота, заставив меня удивлённо охнуть.
Сбоку, обвязанный верёвками, стоял магический олень. Почему я решила, что он магический? У него рога светились ровным голубым светом, придавая ночи мистический налёт, освещая всё вокруг.
– Устала за день, не слышала, братья разбудили, – пояснила, пряча зевок за ладонью и пропуская мужчину с оленем.
Ренгель, морщась, занёс и завёл во двор добычу.
– С тобой всё в порядке? Ты не ранен? – спросила я.
– Да так, царапина, не стоит волноваться, – Ренгель, закрыв ворота, привязал оленя возле осла.
– А он не убежит?
– Не убежит, я сделал временную магическую привязку на себя, – улыбнулся тот, отвечая на мой вопрос.
– Ничего себе. Ты оставил его в живых, чтобы он сам дошёл до дома?"
"На меня одновременно посмотрели две пары глаз, я была уверена, что олень понял мой вопрос и испуганно посмотрел сначала на меня, а потом на Ренгеля.
– Что ты, Лилиан, толка не будет, если я убью этого оленя, за мёртвого лишь серебряный дадут. Живым такой будет стоить пять серебряных. Жаль, что он хрустальный, но и его было трудно поймать. Подобных зверей выбирают себе в помощники маги, которым нужна скорость, бесшумность и чуткий слух.
– О-о… – с пониманием посмотрела на зверя и тут же получила зайца в руки.
– Что это? Зачем? – попыталась вернуть тушку обратно Ренгелю. – Я не умею зайцев разделывать, и мне не нравится мясо диких животных.
– Не умеешь? – муж удивлённо уставился на меня. – Но я поймал только его и куропатку, её умеешь разделывать?
– Умею, – несмело ответила я, на самом деле не умела, но перья выщипать легче, чем снять шкуру. – Надеюсь, что она вкусная.
Вздохнув, направилась в дом, но тут же развернулась:
– Ренгель, в ведре осталось немного воды, умойся, ноги сполосни, я сейчас рагу подогрею.
– Не нужно греть, спать хочу, холодное поем.
– Хорошо, не буду греть, – спящий мозг донёс до меня, что просто так в этом мире ничего не подогреть, для начала нужно принести хворост. В который раз пожалела, что тут не придумали добывать газ, ну или на крайний случай пригодился бы примус на керосине.
Успокоив братьев, уложила их спать и вышла к мужу.
– Сколько овощей, – молодой человек перевёл взгляд на мои небольшие запасы, собранные вечером. – Откуда, Лилиан? Неужели вновь дядя дал?
Вздрогнув, поёжилась.
– Ренгель, ты ешь, я утром всё расскажу, – не переставая зевать, пододвинула холодный морковный чай к мужчине. – Скажи, а в городе, как и мы, все на хворосте готовят?
Он пожал плечами, давая понять, что или не помнит, или не знает.
Вот так и живём, я не знаю, он не помнит.
