Хозяйка старого дома, или Жена поневоле (СИ)

– Староста, ты же сам прекрасно знаешь, откуда у Петти пятьдесят серебряных, да вся деревня знает, сколько Ренгель за мою племянницу заплатил.

– Присядь на стул, Роттен, – устало попросил Олден. – Петти, выйди к столу, поясни, почему ты скрыла от мужа такую большую сумму денег. Если бы это было несколько медяков, то я бы сам Роттену всыпал палок, но тут огромная сумма, некоторые и за всю жизнь столько не могут накопить.

Тётка поднялась и, не опуская головы, прошла куда указали.

– Да, договор с Лилиан и Ренгелем был, они его выполнили, деньги мною были получены при свидетелях, – не стала отпираться женщина. – Но и я не на себя потратила, – в её голосе сквозила обида. – Дочь моя в брачном возрасте, в городе я отдала свахе десять серебряных…

Народ начал выкрикивать «дайте мне один серебряный, и я найду десяток женихов!». Раздавались смешки.

– На продукты потратила, как раз смотрины должны быть через несколько дней. Остальные деньги ушли на наряды дочери, она должна достойно выглядеть.

Народ всё громче роптал, не понимая, как можно потратить столько денег на свадьбу, когда в деревне скоро засуха."

"– Вот! Я совершенно согласен с народом! – вскочил дядька с места. – Но обидно даже не то, что Петти потратила деньги на дочь, а то, что утаила от меня сам факт заключения договора! Я! Я глава семьи! Жена всегда должна быть послушной, покладистой. Наказывай её и разводи нас, – неистовствовал  пьяный Роттен.

– Роттен, так как твоя жена призналась в произошедшем, то предлагаю лишь наказать её, посади в холодную, в подвал на несколько дней.

– Нет… – мотал головой оскорблённый дядька.

– Хорошо, десять ударов палкой тебя устроят? – предложил староста.

– Нет, только развод! Найду молодую и тихую жену!

– Роттен, да куда же ей идти, родителей уже нет, на улицу выгонишь? – Олден как мог пытался помирить супругов, которые и так опозорились на всю деревню. – Людей постыдись, завтра проспишься и пожалеешь.

– Развод! – взвыл Роттен, а Петти, понявшая, что тут муж не собирается отступать, перестав быть кроткой, кинулась на дядю с кулаками.

– Ах ты старый чурбан, я столько лет хранила очаг в нашем доме, а ты…

Тётку оттаскивали сильные мужчины в четыре руки, но она успела несколько раз ударить пьяного мужа по лицу.

– Хорошо, Роттен в своём праве, – вздохнул староста. Воцарилась тишина. Через несколько минут раздался громкий удар по деревянной тарелке. – Так как господин Роттен и его жена Петти жили более двадцати лет в мире и счастье и такой серьёзный проступок Петти совершила впервые, признавшись в содеянном…

Петти шептала:

– Нет, не разводите, молю.

– По требованию Роттена я удовлетворяю развод, но, так как господин Роттен пьян и я не уверен, что он сможет подписать бумаги, то жду вас утром к себе в дом.