Ходящий в сны. Том 3

Черные шипы, источник, который стал решетом… Эти ощущения облегчали боль, и магия внутри начинала циркулировать иначе, позволяя воздействовать на мир снов.

Теперь нужно было направить эту силу. Правильно приложить ее, чтобы распутать заклинание. И это было сложно. Юноша снова потерял счет времени. То ему казалось, что он стоит перед белой стеной всего пару минут, то — будто прошла целая вечность, прежде чем первая линия головоломки дрогнула и начала растворяться в воздухе. Сложное заклинание неумолимо таяло. Управлять магией удавалось с трудом. Но теперь мешало не количество силы. С ним юноша научился справляться. Сама природа темной магии оказалась дикой и необузданной, она страстно желала вырваться на свободу.

О том, что сотворит эта магия без его контроля, юноша старался не думать. Сила манила его. Завлекала свободой. Но юноша продолжал распутывать заклинание. В тот момент, когда, наконец, последняя черная нить исчезла со стены, Хайен едва не упал от усталости. Несколько томительно долгих мгновений ничего не менялось, а затем глянцевая белая оболочка осыпаться пылью, оставляя на стене картину. Только она была другой. Не той, которую Хайен видел в реальности.

Вместо группы людей на полотне был изображен темный лес, прорезанный хороводами сияющих огоньков. Юноша снова ощутил отголоски чужой тоски. Похоже, его отец любил Мерцающий лес всем сердцем. Но главным на картине был не он. Точнее, не совсем он. А два дерева, одновременно похожие и разные. У правого был кремовый ствол и белые листья. Серебристые цветы на ветвях перемежались с такого же цвета бусинами. А левое Хайен узнал сразу. Та же кремовая кора и белые листья. Вот только цветы и бусины на нем были черными. Именно такое росло в том месте, где был привязан Черныш. Вот только где находится это место?

На этом силы оставили его, и юноша с сожалением выдернул себя из снов. Ему не терпелось обсудить свою находку с Хели, но проснуться оказалось неожиданно тяжело. Когда юноша открыл глаза, то не сразу понял, что находится все там же, в музее. Хайен обнаружил, что уже не сидит, упершись лбом в колени, а лежит на достаточно мягком матрасе. Судя по всему, с подогревающим заклинанием, чтобы холод каменного пола не проникал через него. И укрыт по шею теплым пледом, который заботливо подоткнули со всех сторон. Над картиной горела магическая лампа. В щеку тут же ткнулся темный и холодный дымный нос. Щенок заскулил, приветствуя хозяина. Хайен потрепал его по голове и повернулся, чтобы отыскать взглядом Хели. Но вместо этого обнаружил, что стойки с экспонатами раздвинули в сторону, а рядом стоит стул, на котором дремал Энди. Скулеж щенка заставил друга встрепенуться.