Херувим

И слава богу, потому что телефонный столик с аппаратом стоял рядом с Исмаиловым, и тот, как бы нечаянно, нажал кнопку громкой связи. Дыхание полковника зазвучало на всю гостиную.

– Мишаня, я сейчас дома, ты можешь подвезти деньги в ближайшее время?

– Сто тысяч долларов? – кашлянув, осторожно переспросил Райский.

– Ну не рублей, конечно, – нервно рассмеялся Сергей, – проснись, Мишаня, проснись. Бабки нужны очень срочно.

– Кому?

Исмаилов между тем принялся живо жестикулировать. Ткнул пальцем себя в грудь, отрицательно помотал головой и указал на Сергея.

– Мне, мне лично! Слушай, Мишаня, некогда разговаривать. Давай быстренько, дуй ко мне, я бы не стал тебя грузить, если бы не приперло меня. Все, жду.

– Да, я понял, – пробасил полковник изменившимся голосом, – я выезжаю.

– Слушай, что за человек, у которого есть такие бабки прямо сейчас? – спросил Исмаилов с кривой усмешкой.

В этот момент что-то тихо щелкнуло в прихожей, и через минуту в гостиную вошел Стас Герасимов.

Две руки с пистолетами выскочили наружу из карманов одновременно, секунда в секунду. Исмаилов и Сергей смотрели друг на друга.

– Стас, – тихо позвал Исмаилов, – возьми что-нибудь тяжелое и дай ему по башке.

Герасимов не шевельнулся. Он застыл посреди гостиной как изваяние. Лицо его было белым и блестело от пота.

– Стас, тебе просто надо взять в руки любую бутылку из бара, – медленно, монотонно продолжал чеченец, – ты подойдешь, размахнешься и врежешь ему. Через минуту здесь будут мои люди.

– А еще через три минуты здесь будет ОМОН, – сказал Сергей.

– Мои успеют раньше, – заметил Исмаилов, не сводя глаз с Сергея.

– Стас, тебе лучше уйти отсюда. Не бойся, он не выстрелит. Я не дам ему. Уходи, – сказал Сергей.

Они оба говорили очень тихо, и каждый боялся взглянуть на Стаса, поскольку каждый знал: чтобы выстрелить первым, довольно доли секунды.

Из прихожей послышался шум спускаемой воды. Стукнула дверь ванной.

– Кто там еще? – Голос Исмаилова слегка дрогнул. – Стас, кто с тобой?

Герасимов продолжал молчать. В гостиную вошла Эвелина, окинула всех присутствующих быстрым тревожным взглядом, схватила за руку Стаса и, пятясь, потянула его к двери.

– Стоять! – рявкнул Исмаилов.

– Уходите оба! – рявкнул Сергей.

У Исмаилова в кармане зазвучали первые аккорды «Танца маленьких лебедей». Его левая рука рефлекторно дернулась.

– Ответь, – сказал Сергей, – успокой их, сообщи, что все нормально."

"Исмаилов едва заметно усмехнулся. Музыка Чайковского еще немного поиграла в его кармане и затихла. Эвелина и Стас медленно, как две сомнамбулы, отступали к входной двери.