1
0
— А более глобальных?
Димыч посмотрел на меня с некоторым удивлением — Это, каких? Захватить мир незаметно для санитаров психушки?"
"— Пан, даже я понимаю, что Ландышевка только перевалочный пункт. Если экономика накрылась, то садоводства перешейка это ловушка для жителей. Земли тут не плодородные, каменистые или болотистые, погода оставляет желать лучшего, а урожаи похожи на поданную милостыню. Одиночки на этих землях прокормиться могут, а крупные группы уже сомнительно. Все наши аграрные предприятия работали на привозных кормах. В общем, думаю, перспектив тут нет никаких.
Прапор задумчиво кивнул, соглашаясь, но продолжая выскребать кастрюльку. Как и Пан, я заинтересовался, когда уже из-под ложки прапора, елозящей по кастрюльке, пойдет нержавеющая стружка.
— Леш, а почему Харон? Еще вчера хотел спросить.
Пан явно тему уводит, не хочет планы обсуждать. Видимо, еще не придумал. Подождем. Рассказал Димычу кратенько свои первые впечатления о днях новой эры. Кратенько получилось довольно долго. От берега прилетел Финик, привез погранца, отправленного сюда в начале всего этого бардака, и Лексеича, еще издали начавшего размахивать руками, будто мы его можем не заметить.
Слезы, сопли пропускаем, отчеты погранца и «аборигена» тоже — в сухом остатке ничего и нет. Кроме моего семейства приехали еще с десяток машин, которые наши заметили. Может, и больше машин было. Первые два дня вообще тишина стояла, сейчас уже народ прогуливается по поселку, здороваются, соль просят, заодно спички, сахар, чай и окорок. Но вежливо. Сегодня десяток бойцов увешанных автоматами и пулеметами по садоводству пройдут, и вообще все станут приветливыми. Нежити нет, но есть страшные слухи про нее. Источник слухов отсутствовал. Неторопливо подошел от берега Хроник — начиналась высадка.
Когда, наконец, яхта всплыла, отделавшись от пары тонн лишнего груза — поймал Димыча и, усадив в кокпите напротив себя, непреклонно сказал — Рассказывай.
Пан не стал себе цену набивать. Рассказал, хоть и кратко, но мне хватило. Понятно, почему он не рвется говорить о своих подвигах. Более трех десятков бойцов под его ответственностью легло. Примерно столько же сбежало, порой даже не предупреждая и создавая дыры в обороне. Гражданских, что к пограничникам прибились, погибло еще больше. И нежить была только четвертью проблемы — все остальные создали люди. Куча уродов на высоких должностях и с охраной рванули через ближайшую границу. Когда финны начали стрелять по бегущим толпам, мгновенно забыв про всякие «права человека» — решать эту проблему заставили пограничников. Тогда еще была надежда, что государство существует и скоро начнет действовать. Без этой дурацкой «войнушки» с финскими пограничниками ситуация на заставе была бы совсем иной.
