Хан

— …ты знаешь, что я за тебя жизнь отдам! — горячо пролепетала девушка, на что бровь Хана лишь дернулась и голос стал еще более стальным, хоть и продолжал говорить почти нараспев:

— Я задал вопрос.

-..и что я убью ради тебя.

— Я. Задал. Вопрос.

Хан даже не шелохнулся, но от его интонации, я отшатнулась на шаг назад, судорожно сглотнув, даже если его колкие уничтожающие глаза смотрели не на меня.

— Так что ты сделаешь, если она еще раз посмотрит на меня, м?… — Хан шагнул вперед, словно перетек из одного состояние в другое, в эту секунду больше обычного напоминая того самого опасного бархатного питона, который подбирался к своей жертве все ближе и ближе для вымеренного смертельного броска, вот только девушка буквально обомлела, воспринимая его шаг, подобно ласке, отчего ее глаза заблестели и губы дрогнули в несмелой улыбке, — ударишь ее?…

Когда черная бровь выгнулась и девушка, как-то счастливо выдохнув, кивнула утвердительно в ответ, я взвизгнула, закрывая лицо руками, от занесенной руки Хана и резкого хлопка, когда она отшатнулась к стене, прижимая свою ладонь к покрасневшей щеке.

— Так? — сладко пропел Хан, надвигаясь снова на нее и говоря сладко и томно, пока в его глазах разверзался черный яростный ад.

— Что вы себе позволяете?!..

Хан остановился, медленно обернувшись на меня и сверкнув своими черными глазами, выгибая свою бровь:

— Прошу прощения?

— Во-первых, это ЖЕНСКИЙ туалет! — пытаясь не растерять своего запала под его блестящим жадным взглядом продолжила я, выпрямляясь и стараясь глядеть на него прямо и бесстрашно, даже если колени дрожали.

Чувственные губы изогнулись в ухмылке и глаза сверкнули лукаво и опаляющее:

— И?

— И вы, как мужчина, не имеете права входить сюда! А во вторых…. — я тяжело сглотнула от взгляда девушки, которая продолжала держаться за покрасневшую щеку, глядя на меня так, словно я была сумасшедшей, только что сбежавшей из псих. диспансера.

— Я весь во внимании, — промурлыкал сладко Хан, сделав шаг ко мне, хищно улыбнувшись, когда я по инерции отступила назад, продолжая держать голову прямо и смотреть в эти полыхающие жадные глаза, которые не просто облизывали, а буквально вгрызались в меня.

— Во-вторых, кто вы такой, чтобы поднимать руку на девушку?"

"Даже если эта самая девушка снова смотрела на меня с такой ненавистью и непередаваемой злобой, что, наверное, надо было бы промолчать, особенно, видя, как губы Хана растянулись сильнее, словно он находил всю эту ситуацию весьма забавной и даже…возбуждающей, судя по тому, как с каждой секундой все сильнее и сильнее начинали полыхать его хищные глаза.