Хан

Я бы не удивилась, если бы узнала, что весь квартал в эту секунду был оцеплен и с каждого дома нас прикрывали снайперы и три сотни телохранителей."

"Мы остановились, лишь когда перед Ханом, который шел впереди нас, неожиданно возник Искандер, не признающий никакой опасности или на самом деле слишком пьяный для того, чтобы понять, что перед ним далеко не брат Берк, когда положил ладони на плечи Хана, улыбаясь примирительно и как всегда обаятельно:

— Полегче, братик! Крошки не виноваты ни в чем! Это я все придумал и исполнил, девочки не при чем…

— Убери его.

От тона Хана поморщился даже Каан, который быстро запихнул нас в машину, убрав руки Искандера излишне резко и грубо, но вместе с тем так, словно переживал за то, что глупый и веселый Искра просто лишится их, если еще раз позволит себе тронуть Хана.

Тут же подлетел и Берк, который оттолкнул своего брата, буквально за шкирку принявшись его толкать к их машине, которая тоже стояла неподалеку.

Хан же не проронил ни слова, стиснув зубы так, что его губы побелели, и садясь в машину на место водителя еще до того, как Берк запихал сопротивляющегося и что-то вопящего Искандера в их машину.

Мы ехали в тишине, от которой трещали нервы.

Хан и Каан молчали, глядя только на дорогу, и можно было бы подумать, что они просто забыли о нашем существовании, если бы не их тяжелые яростные взгляды и плотно стиснутые зубы.

Мы же сидели на заднем сидении, даже дыша как можно тише, словно боясь лишними движениями спровоцировать самый настоящий атомный взрыв, после которого в живых не останется никого, потому что мы были в самом эпицентре.

У нас с Неслин были по-преженему ледяные руки, даже не смотря на то, что в машине было очень тепло.

Я чувствовала, что Неслихан мечется от своих мыслей, каждую секунду глядя в зеркало заднего обзора, словно пытаясь поймать взгляды хоть кого-нибудь из них, вот только мужчины были непреклонны. И очень злы.

Я сжимала ее ручку, пытаясь этим молчаливо сказать, чтобы она не творила глупостей, пока они в таком состоянии, потому что отчетливо видела, что в этот раз даже сама Неслин была явно напугана и смущена тем, что братья были так злы.

Вот только Неслихан не была бы истинной сестрой Хана, если бы смогла промолчать хотя бы еще пару минут, выпалив так горячо и поспешно, словно боялась того, что если она не скажет этого сейчас, то уже никогда не решиться:

— Так было нужно сделать!

— Дома поговорим.

Я поморщилась оттого, как колко и сухо прозвучал голос Хана, когда он не опустился до того, чтобы посмотреть на свою сестру, глядя только вперед на дорогу и с силой сжимая руками руль.