Хан

Вот так низко и грязно, Аля! И чем ты была лучше всех тех девушек, которые бегали за ним, сломя голову, готовые на все абсолютно?

— Помнишь ту сумасшедшую? Шоколадную блондинку с жуткими линзами? — снова заговорила Джеки, пихая в бок Джанет, которая отмахнулась от подруги, чуть нахмурившись:

— Трейси Конннан?

— Да! Так вот, она как-то по-пьяни разоткровенничалась с моей школьной подругой! Ты же помнишь, что одно время она была любовницей Хана? — от этой новости ком встал в горле так резко и неожиданно, что я дернулась ну стуле, принявшись остервенело резать кусочек огурца на тарелке, словно это было рука этой самой Трейси…

Стоп, Аля! Это еще с какого перепуга?! И оставь огурец в покое!

Отложив от себя вилку и ножик, я тяжело откинулась на стуле, поджав под себя ноги и старательно не глядя на подруг, боясь даже попытаться разобраться в том, что творилось в моей душе, слыша эти разговоры.

— Вобщем Трейси говорила, что в сексе он жуткий! Всмысле, обалденный, неутомимый, но жестокий и грубый! Заставлял ее вытворять такие вещи, что она краснела, рассказывая!

Не в силах больше выносить этого душещипательного разговора, я соскочила со стула так резко, что ножки проехались по паркету, издав истошный скрипучий звук и заставляя обеих подруг в изумлении уставиться на меня.

— Ты куда, Ириска?

— Хочу лечь спать пораньше. Завтра с утра до открытия нужно съездить на рынок и закупить продуктов…

— Так мы же уже решили, что поеду я, — нахмурилась Джанет, пристально рассматривая меня.

— Да? Когда?

— Пару часов назад, когда садились ужинать.

Я снова смутилась, понимая, что прослушала совершенно все, витая на своих облаках и видя, как на меня смотрят подруги, явно начиная что-то понимать и догадываться.

— Ты в порядке, Ириска? Выглядишь бледной…

Нет, я не была в порядке! За один единственный сегодняшний день в моей скромной и незаметной жизни вдруг стало слишком много Хана!

— Это все твои туфли виноваты, Джеки! — попыталась улыбнуться я, — И не надейся, что я их одену завтра!

— Куда ты денешься! Я выбросила твои балетки! Можешь, не благодарить!

На мой стон, что я придушу Джеки ночью подушкой, девушки лишь рассмеялись, все-таки отпуская меня в свою спальню…не спать.

Надо ли рассказывать, что ночь прошла в бесконечных мучениях?

Словно мелкая гусеница, я вошкалась на простынях, то и дело поднимаясь, чтобы распутать вокруг себя кокон одеяла.