Хан

— Такое происходит постоянно! — сверкнула своими красивыми глазами Неслин, вздернув свой подбородочек, словно пытаясь встать еще ближе к тому, кто впервые не пытался отодвинуться и прервать этот контакт двух пар искрящихся глаз.

— Разве? — чуть изогнулась бровь Каана, когда он склонил голову ниже, не боясь сгореть в полыхающих глазах Неслин или обгореть до состояния дрожащего пепла, — прошу прощения, Неслихан Султан, должно быть, я не слышал твоего звонка…

— Двенадцать раз подряд?!"

"Каан не удержался от улыбки, чуть закусив губу и стараясь проглотить ее как можно скорее, чтобы снова выглядеть отрешенным, холодным и непробиваемым для чувств, даже если его глаза горели, чего я не видела никогда раньше.

— Вы настойчивая девушка, Неслихан Султан, — приглушенно проговорил Каан, пряча улыбку, и вытягиваясь, чтобы стать немного дальше от запрокинутого личика Неслихан.

— Очень, Каан Бей! И пора бы вам это уже понять и запомнить!

Не знаю, прозвучало это как угроза или обещание, только Неслин вскинула головку, протискиваясь мимо Каана на лестнице и увлекая меня настойчиво за собой, когда я увидела, как Каан хмыкнул, проводив хрупкую фигурку Неслин последним полыхнувшим взглядом.

Вот те раз!

Кто бы мог подумать, что эти холодные и злобные глаза Каана способны растаять от пылкого взгляда Неслихан, заставляя их светиться изнутри и плавиться.

Сколько еще сюрпризов ждало меня в этом доме? Сколько невероятных открытий, которые не всегда были приятными и радующими душу…как Симран. Жена. Фиктивная. Бывшая.

Что бы это все могло значить? И почему в таком случае она продолжала жить под одной крышей с Ханом и его семьей, назвав ее фиктивной? Надо было еще подумать над тем, как у Хана оказалась сестра и где она была все это время? Как выжил тренер, которого теперь Хан называл своим отцом? Может в скором времени я узнаю, что и его мама жива?!

Кажется, моя голова не могла болеть еще сильнее, в буквальном смысле пульсируя от разрывающих ее мыслей, которые спутались в единый тугой клубок, и как бы я не пыталась найти хотя бы кончик этой ниточки, а пока не могла сделать даже этого.

Неслихан же бодро и радостно вышагивала чуть впереди, не отпуская моей руки и показывая на проходящие мимо нас двери, говорила:

— Здесь кабинета Теомана.

Все, что я могла сделать — это кивать на все слова Неслихан, когда она завела меня в одну из комнат, застыв у двери и восторженно выдохнув:

— Ну, как? Нравится? Я сама здесь все красила и украшала.