Карат. Чёрное сердце

— Звезда, впервые села на байк? — услышала я в ушах голос Райли, боясь закрутить головой, чтобы понять, на каком из десяти мотоциклов едет он с Ридли.

— Да!

— И как ощущения?

— Волшебные!

Парень удовлетворенно рассмеялся в ответ, затихая лишь потому, что раздался голос Ридли:

— Птичка, что у нас?

— Альфа, всё чисто. Двигайтесь по заданному направлению.

— Принято. Группа Браво, группа Омега, выдвигайтесь на базу. Дальше мы сами.

— Браво — принято.

— Омега — принято.

— Спасибо за поддержку и прикрытие, ребята!

Мы пронеслись тремя группами по городу с некоторым промежутком времени, не встретив на своем пути никаких преград и опасностей, и сердце забилось быстрее и чаще, когда один за другим байки группы Альфа стали съезжать на лесную дорогу, сбавляя скорость и осторожно пробираясь вперед.

— Альфа, в паре километров от вас группа людей.

— Это свои, — услышала я голос Карата, понимая, что эту фразу он произнес с улыбкой и облегченным вздохом, потому что до последнего думал, что на потасовке в бункере дело не закончится.

Я почувствовала рядом присутствие Грома, Бурана и Янтаря быстрее, чем увидела их, ощущая напряженность и готовность нападать, быстро снимая шлем, чтобы показать, что это были мы. И наши верные помощники."

"— Ребята, всё в порядке! Все свои! — крикнула я в темноту, и все байки по очереди остановились, а мужчины стали вслед за мной снимать свои шлемы и маски смело и безбоязненно, даже несмотря на то что Бурые Берсерки поражали воображение своими размерами, когда вышли к нам из тени ночного леса.

— Живые! — Янтарь кинулся ко мне первым, сгребая в охапку и едва не уронив байк вместе с парнем, который сидел впереди. — Засранцы! У меня волосы даже на жопе поседели, пока Райли позвонил и сказал, что вы едете домой! Что уж говорить про батю!

Мужчины приглушенно рассмеялись, еще не привыкшие к тому, как могли общаться мои братья, и я покосилась на Грома — Короля земель, на которых мы были сейчас, понимая, что без его разрешения здесь и мышь не проскочит, что уж говорить про вооруженных мужчин.

Он осматривал их пристально и быстро, не торопясь что-либо говорить и наверняка отмечая, что эти парни не боялись его и держались молодцами.

Но чего я точно не ожидала, так это того, что Гром неожиданно кивнет Ридли, который тоже снял свой шлем, пробасив ему:

— Рад, что ты вернулся, Рид.

— И я, Лесник.