Карат. Чёрное сердце

Скоро они прекратились и неожиданно на экране показалось лицо моего любимого белокурого брата, чья улыбка была, как всегда, обворожительной и явно слегка удивленной, когда вместо приветствия он пробормотал:

— Сначала подумал, что показалось!

— А я подумал, что ты успел забыть, как нужно отвечать на звонок в скайпе, — широко улыбнулся Нефрит, усаживаясь на кресле, но ненадолго, потому что тут же был вероломно сдвинут папой, которому не терпелось увидеть своего мелкого.

— Отец, — тут же почтительно склонил голову Свирепый, хотя и не смог сдержать улыбки, видя, как отца просто раздувает от гордости, а глаза блестят, рассматривая лицо сына так придирчиво и взволнованно, боясь увидеть, что эта ноша могла быть тяжела для него, — у нас всё в порядке.

"— Молодцы! — тут же пробасил отец, уже не скрывая ни своей гордости, ни радости за то, что из младшего сына явно получится самый лучший из правителей Полярных, но всё равно помахал указательным пальцем.

— Проверят границы, пап.

— А Луна где?

— С малышней и Ночью. Все на своих местах… Пап, Норд вернулся.

Лицо отца вытянулось от удивления, но сердце забилось так радостно, словно речь шла о ком-то очень родном.

И это имя было знакомо мне, но отчего-то сейчас я не могла вспомнить, что именно я слышала о нем и по какому поводу.

— Ты серьезно?!

— Да, — на экране монитора Свирепый улыбнулся, как всегда, тепло и очаровательно, отчего мое сердце зашлось от обожания и тоски по моему старшему брату, который уже так долго был вдали от нас.

Как бы я хотела сейчас оказаться на просторах родной и любимой Арктики, вдыхая полной грудью ее колючий, кусающий аромат, чтобы легкие засвистели от жгучего мороза.

— А та девчонка?..

От этого вопроса Свирепый вдруг опустил взгляд, что говорило весьма красноречиво о том, что эта тема вызывала в нем смущение и явную неловкость.

Особенно в присутствии всей семьи, пусть даже и по видеосвязи.

— Больше десяти лет уже прошло, пап. Она уже больше не та девчонка…

Отец только фыркнул, явно думая о чем-то быстро и хмуро, в конце концов гаркнув:

— Вот ведь тюлень заморский! Хоть бы предупредил батю о том, что собирается приехать!

Папа хлопнул по столу ручищей, но скорее от разбирающих его радостных чувств, чем от ярости.

— Он не собирался.

— А чего тогда приехал?

— Говорит, что Видящий призвал его.