5
0
— Лёшка, отметим втроём? — Николай глазами указал на орден.
— Без вопросов. — пообещал я.
— А мы? — обиженно спросила Маша.
— Вы тоже приглашены. — улыбнулся я, а Николай с Александром, вздохнув, кивнули, обозначая, что они совсем не против присутствия сестёр.
— Спасибо, Лёшка! — обрадовалась Мария. — Подарки с нас! И шагай уже, а то эти не отстанут! — она осуждающе посмотрела на Николая с Александром.
— Алексей, на связи. — Коля протянул мне руку, которую я и пожал.
Потом была очередь Саши, а сестер поцеловал в щёчки.
До машины меня решил проводить дед, князь Пожарский.
— Лёшка, ты даже не представляешь, как я тобой горжусь! — уже на крыльце сказал он мне. Глаза старика повлажнели. — Была бы жива твоя мама… Она бы тоже гордилась… Езжай с Богом! — он подтолкнул меня к машине.
У самой «Волги» я обернулся и заметил, как дед меня крестит. К горлу подступил ком, и я пообещал себе не забывать старика и навещать его как можно чаще.
— Прохор, я надеюсь, что ты в «Избе» с нами отмечать будешь? — уже в машине поинтересовался я у своего воспитателя.
— А мне ещё в воскресенье Орлов позвонил и приказал присутствовать. — сообщил он.
— Понятно. — протянул я. — Слушай, как думаешь, у меня сейчас в подразделении никаких проблем не будет? Ну, ты понял, что я имею ввиду… А то вон девушки в ступор при моём появлении впадали."
"— А как остальные себя вели, ты обратил внимание? — улыбнулся он. — Я что-то особого подобострастия не заметил. — Прохор откровенно ухмылялся. — Не переживай, твои коллеги, конечно, обалдели, когда Государь тебя Романовым обозвал, но потом-то у них всё на свои места встало с этими твоими выдающимися способностями. Лёшка, пойми, ты для них уже давно свой, а после этого освобождения заложников ещё и герой, который за них всю грязную работу сделал и в больницу за это попал. К таким вещам во всех военизированных организациях отношение особое, а тут им ещё и ордена вручили по твоей милости. И не абы где, а в Кремле, и не абы кто, а сам Император! — взгляд воспитателя стал серьёзным. — Привыкай, Лёшка, к тому, что за фамилию Романов тебя будут уважать в любом случае, но ещё больше будут уважать за твои дела. Да, в первое время те же самые «волкодавы» будут привыкать к твоему новому статусу, как, впрочем, и ты сам, а потом всё устаканится, и будет всё хорошо. Потерпи только чуток.
— Потерплю. — чуть расслабился я. — Слушай, а ты заметил, как на тебя Решетова смотрела, когда мы с тобой только в Георгиевский зал зашли?
— Я, Лёшка, всё заметил. — на лицо воспитателя набежала тень. — Меня, в своё время, на совесть учили… А ещё я заметил, с каким восторгом Решетова на тебя во время принятия присяги и награждения «Георгием» смотрела.
