4
0Получив от Леси обещание прилететь завтра вечером, я закончил разговор.
Учитывая, что до вечера время ещё было, решил вздремнуть.
* * *К «Трём свечам» я добирался в обществе Александра и Николая Романовых.
Зашли они ко мне в квартиру в районе семи часов вечера, как раз после того, как Дмитрий Григорьевич с Владиславом Михайловичем меня осмотрели в последний раз, признали состояние моего здоровья вполне удовлетворительным и оставили мою бренную тушку на попечение Прохора, дав тому исчерпывающие рекомендации по дальнейшему восстановлению здоровья Великого князя. На прощание доктор с колдуном получили от меня искреннюю благодарность, а от моего воспитателя по бутылке марочного коньяка. Судя по их лицам, Прохор с коньяком угадал.
Оба Великих князя, поинтересовавшись для приличия моим здоровьем, сразу потребовали подробностей освобождения заложников, что я и сделал за ужином в «Избе».
— Лёха, ты себе даже представить не можешь, как у нас в училище это освобождение обсуждают! Даже преподаватели. — заявил Александр. — Император же приказал всё засекретить, что ещё больше слухов породило! Никто же ничего не знает. Курсанты со всех курсов даже у нас пытались хоть что-то выяснить. — братья переглянулись. — Но большинство склоняется к мнению, что жандармы на запредельно крутом уровне сработали. Про добровольную сдачу террористов речь вообще не идёт, об этом та же самая полиция проговорилась бы точно. А как у нас возросло количество желающих попасть на жандармский факультет, Лёха… Курсанты этого факультета сейчас гордые ходят, грудь колесом! И не подходи! Их даже побить хотели, да офицеры вмешались… Ну, ты у нас герой, Лёха! Научи, а-а? — братья смотрели на меня восторженными глазами.
— Отстаньте! — отмахнулся я, тяжело вздыхая. — Сколько раз вам можно говорить?
— Но может есть какой способ, Лёха? — это был уже Николай.
— Если найду подобный способ, вы будете первые, из кого я сделаю матёрых колдунов. Обещаю! — заверил я их.
— Ты уж постарайся… — чуть успокоились они.
— И вообще, Ваши Императорские высочества, я всю неделю болел ларингитом. Ни в какой коме не был. Договорились?
— Ларингит, так ларингит. — кивнул Александр. — А что это?
— В горле воспаление, Саша. — теперь вздыхал уже Николай. — Это значит, что Алексей всю неделю разговаривать не мог, да ещё и с температурой валялся. Понял?
— Теперь, да. — заулыбался тот. — Надо взять этот ларингит на вооружение, мало ли что… Удобная же штука!
На входе в «Три свечи» нас, как и в прошлые разы, встретили брат с сестрой Голицыны:
— Рады видеть, друзья! Алексей, с выздоровлением! Проходите! Наша компания на прежнем месте, мы к вам присоединимся чуть позже.
И действительно, наша компания была на прежнем месте.
