3
0— Император дождался, когда за Пафнутьевым закроется дверь, и продолжил. — Вроде всё обсудили. У кого ещё какие вопросы?"
"Вопросы у Романовых были, но одна сплошная мелочёвка — все решили воспользоваться возможностью оперативно обсудить текущие дела Рода, не имеющие отношения к сегодняшним событиям, так что совет Рода продлился ещё больше часа.
* * *Уже когда Алексия с Викой в сопровождении Дворцовых подходили к палате Алексея, её двери открылись и из них вышла Императрица с Великими княжнами Марией и Варварой. Дворцовые замерли по стойке смирно, а Алексия с Викой поклонились. Императрица остановилась напротив девушек и стала молча разглядывать Алексию, которая замерла, уставившись в пол. Мария с Варварой в это время улыбались Вяземской, которая в присутствии Марии Фёдоровны стояла с каменным лицом. Наконец, Императрица с лёгким пренебрежением хмыкнула, видимо что-то такое разглядев в певице, и повернулась к внучкам:
— Пойдёмте, девочки.
Вика с Алексией отмерли только тогда, когда Романовы скрылись за поворотом коридора. От комментариев обе девушки воздержались — и у стен в Кремлёвской больнице были уши. Поздоровавшись с Белобородовым и каким-то незнакомым мужчиной, в сопровождении доктора, представившегося Валентином Григорьевичем, они осторожно прошли в палату к Алексею и чуть не зарыдали — бледный молодой человек лежал на кровати, укрытый одеялом, в нос у него была вставлена трубка, из-под одеяла торчали провода, подключённые к непонятному прибору, а из левой руки торчала капельница. Сдержать слёзы девушкам так и не удалось, и они, капая этими слезами на пол, осторожно приблизились к кровати.
— Леся, Вика, вы поговорите с Алексеем, может он вас и услышит… — негромко сказал Прохор. — Я уже поговорил… А Владислав Михайлович с Валентином Григорьевичем тихонько в углу постоят. Договорились? — Лебедев с доктором после слов Белобородова аккуратно поставили рядом с кроватью два стула, а девушки уселись на них.
Первым делом, не сговариваясь, они взяли в свои руки прохладную правую ладонь молодого человека, переглянулись и вытерли слёзы. Первой начала Вяземская:
— Лёша, у нас в подразделении всё нормально. Благодаря тебе обошлось без потерь. Пока к тебе ехала, узнала, что и со школьниками тоже всё в порядке. Выздоравливай скорей, мы все тебя очень любим! — она повернулась к Алексии, опять вытерла навернувшиеся слёзы, и кивнула, давая понять, что закончила.
— Лёшенька, а я тебя сегодня на ужин хотела в «Избу» пригласить… — всхлипнула Леся. — Новое платье приготовила, туфли, причёску собиралась сделать… Мне же завтра утром в Екатеринбург улетать… — зарыдала она, а Вяземская её приобняла свободной рукой.
