6
0Он тронулся с места, а я отвернулась к окну. Хотелось налететь на него с кулаками, бить, рыдать, но сзади сидели дети и делать и этого делать было нельзя. Всю дорогу до аэропорта, мы ехали молча. В аэропорту тоже все было молча и лишь в самолете, он посмотрел на меня.
– Гунченко все не оставляет попыток тебя вернуть?
– Конечно! – ослепительно улыбнулась я.
– Он же мой бывший муж, ты сомневался в этом, Геннадий?
– Как я понял не только!
– Тебе уже ничего не надо понимать! Ген правда, дети счастливы, давай ни при них…
Я отвернулась едва сдерживая слезы, он больно схватил меня за руку.
– Что ты сказала? – хрипло спросил он.
– Отпусти! Мне больно! – Гена смотрел мне в глаза, я пыталась отвести взгляд в сторону, я не могла смотреть на него, боясь разрыдаться. Я так по нему скучала, так, так почему же я сейчас так себя веду…
– Дома поговорим!
– Москва не мой дом, я лечу только ради детей, ты прекрасно знаешь об этом! Он отпустил меня, а я закрыла глаза, прижимая к себе спящих детей. Я так хотела его руки, его сильные руки….
Я вздрогнула, он притянул меня к себе и коснулся губами волос, я понимала, что вся дрожу, он был рядом и это не сон.
У него были новые документы и новая жизнь. Он ничего не рассказывал, а я ничего не спрашивала, я просто была счастлива рядом с ним…
Его друзья все решили. Домой возвращаться правда было нельзя, я еще не знала, что мы теперь живем в другом месте. Москва. В Питер возвращаться было нельзя, я и дети остались тут. С ним.
В большом коттедже, в нашем коттедже Я не спала, я все теснее прижималась к нему, а он сходил с ума касаясь моих волос и покрывая поцелуями мою шею.
– Не надо!
– Почему? – Салон самолета спал, стояла тишина.
– Я не знаю…Ты не звонил…Я…
Мой голос сорвался…. Он усмехнулся, в его глазах зажегся огонек. Он крепче прижал меня к себе.
– Я дома тебе все объясню! Клянусь у меня никого нет! Я в тюрьме был…Я не мог позвонить, я….
– Я знаю что ты беременна детка! Скажи мне тебе можно рожать? Чтобы не случилось, я….
– Тссс! – мои пальчики коснулись его губ.
– Все позади! У нас будет ребенок! Он закусил губу, он не мог в это поверить. Она вновь в его объятьях, с ним и носит его ребенка.
Он обнимал меня за плечи. Дети сладко спаи всю дорогу и когда он внес Лешку в дом, тоже продолжал спать. Ксюша уснула с братом, а мы остались вдвоем…
Дом напоминал большой сказочный замок, наш замок. Он наблюдал за мной, я во все глаза смотрела на стену. Там во весь рост висел мой портрет.
– Нравится? – шепотом спросил он. Я кивнула, а он развернул меня к себе. Его глаза горели.
– Знаешь! – ладони Гены прошлись по моим волосам, он вглядывался в мое лицо, боясь упустить что-то во мне.
