Измена: ты больше не мой (СИ)

— В общем я в понедельник собрал все бумаги, в том числе документы из больницы, — он покосился на меня, — но они уже не актуальны, я так полагаю и попросил Саню их тебе отправить. Там были и рабочие документы, и письмо. Насколько я уже успел узнать, рабочие документы он тоже не отправил никуда.

— Бедный ты бедный, — мой голос сочился ядом.

— Ну, типа того. С Саней мы дружим с первого класса, я мог ждать такой подлянки от кого угодно, но не от него, понимаешь?

Тут я и правда могла его понять. Мы считаем людей, с которыми прошли наше детство и юность лучше остальных. Как минимум — по отношению к нам самим. Как будто между нами всегда остается немного детства и этой неповторимой атмосферы доверия, которой в зрелом возрасте почти нельзя достичь между людьми.

— А во вторник прикатила моя бывшая “невеста”, но поскольку я проспал весь день, вышел только вечером взять еды к себе в комнату, то мы пересеклись только в среду. Я тогда как раз осознал, что мое радиомолчание затянулось и попросил Саню купить мне телефон. Мой булькнул в кипяток, там спасать было нечего.

— Только не говори, что ты забыл мой номер.

— Да не забыл, — он болезненно поморщился. — Но дальше стало совсем странно, Саня сказал что купит мне телефон завтра, то бишь в четверг, что тебе он все передал и дальше пошли насмешки, мол зря я беспокоюсь, никто тебя не уведет.

— Никому не нужна разведенка с прицепом? — Поддала я сарказма.

— Так он не сказал, — Стас грустно усмехнулся, — за такое я бы сам ему дал по морде. В четверг он “забыл” купить телефон, в пятницу я попытался уехать с самого утра — машина не заводилась.

— Зато бывшая заводилась. — Уупс, кажется, я все таки перегнула палку.

— Вообще, — о, этот мягкий знакомый тон, который означает, что босс в ярости, — я хотел опустить этот момент, но тебе очень хочется о нем поговорить?

— Ничего себе “момент”, — меня тоже уже понесло. Я бы и хотела остановиться, но просто не могла. — С бюстом внушительного размера!

— Но мне больше нравится твоя! — Вот так, Алинка, шах и мат, и не притворяйся, что ты сейчас не сбавляешь внутренние обороты, польщенная таким очевидным признанием твоего превосходства перед подавляющими “силами” противницы.

— Да и признаюсь, — продолжил он уже спокойнее, — я даже не сразу понял чего это она вдруг зазывает меня в баню, ходит по дому в одной пижаме. Я же вырос с ними, что я там не видел, особенно после того как мы почти поженились. Но потом даже до меня начало доходить. Веришь? Не будь я таким уставшим, догадался бы сразу.

— Так как ты оттуда вырвался и почему так и не дал о себе знать?

— Вечером в пятницу Саня не приехал. А дача у них в полуглухой деревне, там соседей три калеки и обычно все пьяные до положения риз.