Герцог и я

Он же не знал, что его светлость прибудет, да еще с супругой, а если бы знал, то несомненно… Однако он сейчас же переселит одну даму…

– Вы говорите о женщине, – прервала его Дафна, – у которой дети? Видимо, это она только что уселась вон там?

Хозяин кивнул:

– Да. Я бы никогда не поселил ее в двух комнатах, если бы не этот выводок…

Он собрался вновь рассыпаться в извинениях, но Дафна перебила его:

– Надеюсь, вы не намерены выкинуть ее на улицу с детьми? Что касается нас, мы вполне обойдемся одной комнатой, не правда ли, дорогой?

Она заметила, как при этих словах он стиснул зубы, ей даже показалось, что она услышала их скрежет. Во всяком случае, было ясно: супруг крайне недоволен ее вмешательством. Означает ли это, что он вообще не желает находиться с ней в одной комнате?

Хозяин гостиницы смотрел на Саймона, ожидая его решения. Тот мрачно кивнул, и хозяин с облегчением (не хватало ему еще разгневанного герцога в его скромной гостинице!) хлопнул в ладоши и, направившись к своей конторке, где хранились ключи, торжественно произнес:

– Прошу, ваша светлость, следуйте за мной!

С тем же недовольным видом Саймон кивком предложил Дафне идти первой, и та последовала за хозяином по лестнице на второй этаж. После нескольких поворотов в узком темном коридоре хозяин отомкнул дверь, и их глазам предстала довольно большая прилично обставленная комната, из окна которой, насколько можно было увидеть в сгущающейся темноте, открывался вид на деревню.

– Что ж, – весело произнесла Дафна, – по-моему, очень мило.

Саймон что-то пробурчал в ответ.

– Как выразительно вы ответили, – заметила она, стоило только хозяину скрыться за дверью.

И затем сама скрылась за ширмой, стоявшей в комнате.

Саймон с недоумением некоторое время искал ее глазами и, не найдя, с беспокойством – возможно, так проявлялось у него чувство некоторой вины за свое дурное настроение – окликнул супругу:

– Дафна! Вы решили переодеться?

Она высунула голову из-за ширмы.

– Нет. Просто даю вам время прийти в себя.

– Хорошо, – пробормотал он. – Вскоре нас позовут к ужину.

– Надеюсь.

На ее лице он увидел улыбку, показавшуюся ему победоносной. Хотя с чего бы это?

– Вы голодны? – спросил он.

– Ужасно.

– Я тоже.

– Но, боюсь, почти не смогу есть, – сказала она.

– Они хорошо кормят, – успокоил он ее. – Последний раз, когда я останавливался здесь, еда была отличной."

"– Дело не в этом, – доверительно сообщила она, чем сразу пробудила в нем новый прилив нежности. – Дело в моих нервах. Они… как бы это назвать…

– Расшалились, – подсказал он. – Но почему? Мы так размеренно путешествуем.