7
0Пускай Энтони думает, что она уснула или лежит в постели и переживает случившееся.
Он обещал ничего не рассказывать матери. Конечно, если та не прослышала о скандале. Ее поздний приезд говорит о том, что этого не случилось, но, быть может, какие-то слухи, пускай шепотом, начали распространяться. А шепот, как известно, имеет способность быстро превращаться в громовые раскаты.
Дафна понимала, что в конечном счете все равно придется объясняться с матерью, которая рано или поздно, смутно или в подробностях услышит о произошедшем. Общество позаботится об этом.
Больше всего Дафне сейчас хотелось несбыточного: чтобы, прежде чем мать узнает что-либо – полуложь или чистую правду, – ее дочь была бы уже с полным на то правом названа невестой герцога Гастингса.
Этот исход и был бы самым верным и безошибочным средством остановить дуэль. Это спасло бы всех – и Саймона, и Энтони. И ее. Да, и ее…
Колин тихо продвигался к дверям комнаты Дафны.
Мать уже отправилась отдыхать, Бенедикт прошел в кабинет к Энтони. Колина это ничуть не интересовало: сейчас он хотел поскорее увидеть Дафну и поговорить с ней без свидетелей.
Он негромко постучал в дверь, из-под которой пробивался свет: значит, Дафна еще не спит. Не успел Колин нажать на ручку, как дверь открылась и сестра прошептала:
– Хорошо, что ты пришел. Нужен твой совет.
– Мне тоже надо поговорить с тобой, – сказал Колин.
– Проходи скорее.
Она закрыла за ним дверь, прошла к своей еще не разобранной постели и села.
– У меня серьезные неприятности, братец.
– Знаю, – отозвался он.
Кровь отхлынула от ее лица.
– Знаешь? Что именно? Садись.
Он остался стоять и с серьезным и обеспокоенным видом спросил:
– Помнишь моего приятеля Макклесфилда?
Она кивнула. Это был молодой граф, которого ее мать представила ей две недели назад, как раз в тот вечер, когда она встретила Саймона.
– Он видел, как вы с Гастингсом уединились в саду.
У нее перехватило дыхание.
– В самом деле? И он…
Колин не дал ей договорить:
– Он сказал об этом только мне. Он мой давний приятель, и я в нем уверен. Но если вас заметил он, то могли видеть и другие. Мне показалось, леди Данбери как-то странно посмотрела на меня, когда мы беседовали с Макклесфилдом.
– Она тоже видела? О боже!
– Я не уверен в этом, сестра. Но ведь и она могла прогуливаться в саду?
– Верно, она не выносит духоты залов. Ей там неинтересно. – Дафна тряхнула головой. – Но мне кажется, не в ее характере, распространять всякие слухи, тем более если они могут нанести кому-то вред.
– Ты так думаешь? – с сомнением спросил Колин. – Эта горгона, как ее называют…
– Она горгона, но не сплетница. И поговорила бы сначала со мной. Правда, я сразу уехала после нашей прогулки.
– С кем?
– С Энтони, конечно.
