2
0
— Заходи, — не отрываясь от телефона, в котором что-то увлеченно печатал, Платон указал на стул рядом с собой.
На негнущихся ногах я прошла расстояние, отделяющее дверь от стола, и села на самый краешек, сложив на коленях руки.
— Кофе сейчас будет, Платон Александрович, — проговорила сиплым от волнения голосом. — И переодеваться Алину я уже отправила.
— Угу. Надеюсь, кофе — это действительно кофе, а не та бурда, что была в прошлый раз, — рассеяно ответил он и, не глядя, подвинул ко мне лежащую рядом с ним папку:
— Посмотри пока — мне интересно твое мнение.
— Да, конечно, — ответила, все так же сипло.
— Ты чего хрипишь? Простыла? — негромкий вопрос заставил меня оторваться от разглядывания мужского запястья с дорогими часами, отбрасывающими острые, бьющие меня по глазам солнечные блики. Подняла взгляд и уперлась в разглядывающие меня карие глаза.
— Что? А… Нет, все нормально. — кашлянув, произнесла уже увереннее и потянула из-под его ладони папку.
Открыла ее и принялась читать, стараясь не обращать внимания на продолжающий изучать меня взгляд.
Даже если причина этих терзаний сидит так близко, что почти касается меня своим локтем. Даже если вокруг нас искрит напоенный запахом его парфюма воздух, а у меня внутри все растекается от его близости.
Через несколько минут, когда без стука открылась дверь и в кабинет ввалилась Алиночка с кофе и чаем на подносе, я уже забыла про все — и про запах, и про свое волнение. Сидела, хмуря брови и не знала, что и думать по поводу документов из папки.
Глава 45
Обиженно поджав губы и не глядя в мою сторону, Алина расставила на столе чашки с чаем и кофе. Подтолкнула ко мне вазочку с засохшим зефиром. Поставила перед Платоном тарелочку с печеньем и симпатичным эклером. Оглядела получившуюся композицию и гордо выпрямив спину, продефилировала к выходу.
Дверь кабинета негромко щелкнула, закрываясь. Я захлопнула папку и шлепнула по ней ладонью. От навалившейся паники меня потряхивало, а во рту появился противный кислый привкус.
— Что это такое? — я повернулась к Платону, недоверчиво рассматривающему кофе в своей чашке.
Он осторожно глотнул принесённый Алиной напиток. Поморщился, отодвинул от себя чашку и пробормотал:
— Это опять бурда. Уволю ее к чертовой бабушке. Павла, сделай мне нормальный кофе, а?
— Платон!.. Александрович! — зашипела я, не обращая внимания на его слова.
Ткнула в папку пальцем, словно это была ядовитая змея, и повторила с нажимом: — Что. Это. Такое?!
— Отчёт службы безопасности, — недоверчивости в его голосе ещё прибавилось.
