3
0
Наконец, дверь рывком распахнулась:
- Что за? – рявкнул взъерошенный и одетый лишь в боксеры Слава.
- Ты какого черта трубку не берёшь? – отзеркалил претензию Олег.
- Да, я бл*… проспал, что ли? – увидев нас с Киром, удивился Вячеслав.
- Славочка, кто там? – в прихожую выплыла высокая, длинноногая, стройная блондинка в мужской рубашке на голое тело.
- Да ну, на хрен, – воскликнул Кирюша на весь лифтовый холл.
А мне подумалось, что вот теперь точно в Калининград лететь не придётся. Есть другие кандидатуры для компании.
- Мы, я вижу, не вовремя, – процедил Олег сквозь зубы.
И, не дав Славе ничего сказать, подхватил меня под руку и потащил к лифту, тихо матерясь себе под нос.
- Мам, ты как? – уточнил Кир, едва мы оказались на улице.
Пожала плечами, попробовала прислушаться к себе. Внутри было… много всего.
- Удивлена, – определилась в первом приближении. – Мне странно и непонятно.
- Чего тут непонятно? – зло рыкнул сын.
Вздохнула, но пояснить точку зрения нужно:
- Все непонятно. Говорил одно и достаточно долго, а потом вдруг такой сюрприз.
- Это сестра нашего партнера из Калининграда, – сухо проинформировал нас Олег Михайлович, открывая мне дверь авто.
Уселась на заднее сидение, рядом с сыном.
- Да, ты-то здесь при чём? Это был его выбор, – вздохнула и поняла, что рыдать не тянет.
Просто в душе такое опустошение и разочарование, пожалуй.
И вообще, как-то слишком уж много мне сегодня разнополюсных сюрпризов будет.
- Пап, ну, мы за город-то поедем? – уточнил Кир, едва машина выехала на проспект к дому.
- Естественно. Наши планы в силе, правда, Нонна? – Олег обернулся и вопросительно на меня посмотрел
А я что?
- Я – нормально, так что планы менять нет повода, – фыркнула.
Выдохнула и поняла: все к лучшему.
Мне было странно: с одной стороны, вроде как меня бросили и предали, а с другой – у нас же и так неясно, что было со Славой.
Мы то ли встречались, то ли нет. Его бескомпромиссные планы и постоянные указания: что делать, с кем общаться, куда ходить и как одеваться – откровенно напрягали и даже бесили.
Приводили в ярость постоянные попытки отделить меня от Кира вечными замечаниями:
- Он уже большой мальчик, сам справится.
- У него есть отец, пусть он на собрание сходит…
- Зачем тебе продлевать доверенность, ты собираешься дальше с ним по врачам и соревнованиям таскаться?
Договориться по вопросам, касающимся Зарецких, мы со Славой не могли никак.
Кир – мой сын, и я буду его растить.
А вот ведь, как жизнь повернулась.
Можно теперь выдохнуть и со спокойной совестью послать Вячеслава Владимировича к лешему.
То есть я сегодня, внезапно, в плюсе.
А тут ещё Олег со своим неожиданным признанием.
