3
0В чем дело? Кто тебя обидел?
И что ответить?
Только разве что:
- Сама я себя обидела, вот в чем дело.
И глаза зажмурить, он же начнет сердиться, выяснять.
А что тут скажешь? Печаль.
Хотя лучше все же не опускать веки, потому как под ними сразу начинают плыть всякие провокационные картинки и визуализация вдохновенных полуночных мечтаний.
Вот, как сейчас, только стоило глаза прикрыть, и все… вот и он – жгучий брюнет, белокожий и синеглазый… окутанный холодным, колким динамичным ароматом. И я даже знаю теперь, что это.
Почти классика – «Малль Герань[2]», и ведь так и тянет же его обнюхать каждый раз при встрече.
Каждый. Рабочий. День.
А как удержаться и не провожать Вячеслава Владимировича взглядом восторженно хлопающих глаз, напоминая себе малолетнюю фанатку-идиотку? Ведь он такой: стремительный, как ветер, тонкий и гибкий, как клинок дамасской стали…
Все, полезли исторические и приключенческие романы юности из меня.
Пора сворачивать эти размышления. Ни к чему хорошему они не приведут. Может, за новогодние каникулы я хоть чуть-чуть в себя приду?
Тем более шансов у меня нет.
Вячеслав Владимирович, как второй соучредитель и весьма обеспеченный мужчина, пользуется у дам бешеной популярностью.
А я? Сплошное унылое разочарование. Но умная, исполнительная, стрессоустойчивая. За это меня и ценят.
Так что, Нонна, очнись. Расти Кирюшу, учись, работай и не выдумывай глупости. Вячеслав, он…
- «Не для ме-е-еня придет весна…» – затянул телефон внезапно.
Вздрогнула, посмотрела на него, как патологоанатом, доктор Лорел Уивер (восхитительная женщина, которая не любит живых) на труп инопланетянина с занятной начинкой: с ужасом и восторгом.
Хорошо еще, никто не знает, что эту мелодию я поставила на вызов начальства. Чтобы, так сказать, напоминать себе…
Вот, пригодилось.
- Слушаю вас, Вячеслав Владимирович, – субординация наше все. Иначе мне крышка."
"- Нонна, ну сколько просить, просто «Слава». От этого твоего жуткого «Вячеслав Владимирович» кровь в жилах стынет. Очень вежливый такой и деликатный посыл.
- То есть?
- То есть «Отстань!», – тихо и легко засмеялся начальник.
Выпила разом все, остававшееся в чашке, потому что, ну, это же невозможно. Какой пожар внутри от этого голоса, а от смеха кидает то в жар, то в холод. Руки трясутся. Чуть не облилась, дурочка.
Ох, не к добру все это.
Одним местом чую.
- Вячеслав Владимирович, ваш посыл понимаю, принимаю, но сделать ничего не могу – субординация! – правда и ничего, кроме правды.
- Ох, Нонна, невероятная ты девушка. Я бы сказал – фантастическая.
