Машенька и опер Медведев (СИ)

Тут недалеко, а мою греть некогда.

- Ну как ты?  - косится на меня.

Молча жму плечами.

-  Ты помнишь, я тебе пьяный говорил - за своё надо бороться?

- Помню.

- Забудь... Не надо оно тебе. Женщину нужно держать в дефиците. Чтобы она сама к тебе тянулась и инициативу проявляла.  Забей на свой Бумеранг пока не поздно.

Так, поздно уже!...

- У нас и так работа нервная, если еще и женщина нервы делает, можно совсем с катушек слететь.

- Марьяна... а фамилия как? Айдарова? - закидываю жвачку в рот. Перегаром от нас несет от обоих. Протягиваю ему жвачку.

- Или на девичью обратно поменяла?

- Иди нахрен, а? - психует Лев, забирая упаковку.

- Просто ты всё время говоришь про неё. Даже если про Марью мою...

-  Нахрен - это там, Медведь!

Закатываю глаза. Найти её что ли самому? Прёт же его до сих пор как Тузика.

- Только попробуй...  - словно читая мои мысли. - Руки не подам.

- Дурень...

Скидываем куртки, оставляя у Льва в машине, чтобы не мешали двигаться, если вдруг какой замес.

- Квартира-то какая?

- Одиннадцатая.

Уперевшись рукой в косяк, рывком дергаю на себя дверь подъезда. Магнитный замок не выдерживает. Шутливо показываю Лёве внутрь.

- Прошу!

Поднимаемся по лестнице.

- Слушай, мы как НКВДшники, с утра забираем, пока ""жертва"" не проснулась.

- Завтра может уже испариться. Добрые люди подскажут, что ориентировка на него ходит.

- Это - да.

Где-то уже на третьем этаже сверху слышится шум. Басы музыки.

Переглядываемся. Поднимаемся выше. Останавливаемся у одиннадцатый квартиры. Дверь чуть-чуть приоткрыта.

- ""Жертва"", по ходу, еще и не ложилась. И неплохо проводит время.

Достаём стволы, снимаем с предохранителя...

Медленно приоткрываю. Женский хохот, звон бокалов... женские голоса перекрикивают музыку.

Застолье, тёлки, ёлка, гирлянды, мишура...

Во народ гуляет! Нам бы так.

- Тук-тук... - стучу стволом по косяку.

Одна из них делает музыку тише.

- Вау! - начинают щебетать пьяненькие дамочки. - А вот и наши мальчики!

Кто-то делает звук тише.

- В каком это смысле - ваши? - дергает бровью Айдаров.

- А хозяйка где? - обвожу их взглядом.

- А хозяйка сегодня я, - вальяжно плюхается в кресло блондинка с малиновыми губами  лет так тридцати пяти. Закидывает ногу на ногу и взмахивает нам бокалом: - Арестовывайте! Девочки включите им музыку.

- Та-да-да-да... да-да-дам! - провокационно напевают ""девочки"" известный стриптиз-музон, кружась вокруг нас. Одна из них, глядя мне в глаза обматывает вокруг моей шеи пышную розовую мишуру. От неожиданности теряюсь.

- Какой, а!... Мяу... - делает кистью кошачью лапку, ведет коготками по моей груди. - Огромный мальчик!

Перевожу шокированный взгляд на Айдарова. Над ним другая мадам взрывает хлопушку, и ему на голову и погоны летят золотинки и конфетти.

- Феерия!... - ползут вверх его брови.