Машенька и опер Медведев (СИ)

Опускаю глаза на экран. Миша!

Отец, вдруг разъяряясь, сметает со стола чайную пару и вазочку с конфетами. Все с грохотом летит на пол.

Эльвира вскрикивает, прижимая руки к груди.

- А ну-ка дай мне свой телефон!

- Нет! - прижимаю к себе.

- В Медведеве проблема?! Он, скотина, влез?! Закопаю эту похотливую сволочь!

Лицо наливается кровью.

С усилием беру себя в руки, чтобы не выдать реакцию.

- Закапывай всех... - пожимаю я плечами. - Мне плевать...

- Ах ты!... - отец замахивается.

Меня сносит волной ярости. Зажмуриваюсь.

Он никогда не бил меня. Но несколько раз выходил из себя. И сейчас мне тоже не прилетает.

"Отец сгребает пачку сигарет и тяжёлой поступью идет во двор. Моё сердце ускоренно и болезненно стучит. Надо признаться, я тяжело переношу мужскую агрессию. Вообще не переношу. И потом очень долго болею. Как мама...

Эльвира, обессиленно опустившись на стул, расфокусированно смотрит в стену, боясь даже, как обычно, выбежать за ним с лекарством.

Мне стыдно перед ней... Она всегда старается нас примирить.

Прижав к груди телефон иду по лестнице вверх. Идти - необычно... между бёдер прилично ноет.

Я вспоминаю его взгляд... и как вздрагивают его губы... наше смешанное дыхание... шёпот ласковый... А потом животность его требовательных толчков. И огромное красивое тело!

Задохнувшись, запинаюсь и падаю, разбивая коленку об острый край каменной ступеньки.

В глазах вспыхивает от боли.

- Мамочка...

Но рыдать я начинаю не от боли. А потому что... я не с ним сейчас. А мне хочется с ним, чтобы целовал, жалел, говорил нежности и смешил.

Прихрамывая сажусь на подоконник. Здесь, на лестнице, окошко во двор. Переживая, наблюдаю за папой.

Живот, сжавшись, болит. Это от нервов... Скорей бы уже уехать.

Ненавижу отца! Нет, в душе люблю. Но сейчас ненавижу, за то, что ломает и меня сейчас, и любимого моего человека. Мной.

За Мишу очень страшно... Отец как рассвирепевший зверь мерит шагами двор. И выкурив одну сигарету, тут же принимается за вторую.

Берет топор, ставит на колоду дровину и с рычанием раскалывает. Замахивается еще раз глубоко вгоняет топор в колоду.

Возвращается домой, требует у Эльвиры ""водки""!

- Не дам! - сдержанно пытается она сопротивляться.

- ""У тебя сердце!"" - с отвращением передразнивает он её.

Эльвира, молча стуча каблуками, уходит из кухни. Слышу, как поднимается по лестнице вверх. Встречаемся взглядами.

- Извини... - отворачиваюсь я.

Приобняв на мгновение, ведет по спине рукой.

- Не сутулься.

- Почему ты ему позволяешь так разговаривать?

- Он потом извинится.

- И всё равно...

- А что мне делать? Уйти? Он пропадёт... Вот, Медведева твоего порешит и сам с инфарктом сляжет. Женщины иногда должны быть буфером. Мужчины психологически слабее.