57
0
– Лина. – Голос прозвучал непривычно холодно. Меня трясло, кровь стыла в жилах. Нельзя молчать, нельзя давать ему спуску. – Меня зовут не «милая». Меня зовут Лина.
Джеральд закатил глаза. Я разозлилась, как никогда в жизни.
– Джеральд, я всегда была с тобой вежлива. – Тон сочился яростью, такой сильной, что за ней скрылся леденящий страх, норовивший вырваться на волю. – Я попрошу тебя уйти от нашего столика. – Не хочу знать, что он скажет в ответ. Иначе меня затрясет настолько сильно, что все полетит на пол. – У меня нет времени выслушивать твои сексистские выпады.
Джеральд громко хохотнул на весь зал. Соседи обернулись в нашу сторону.
– Ох, милая моя…
– Джеральд, прошу, уйди.
Рози встала – тот и глазом не повел, будто вовсе ее не слышал.
Нет, человек с таким лицом не стал бы никого слушать.
– Ну-ну. – Джеральд скривил губы в мрачной ухмылке. – Только посмотрите… – Он нарочно заговорил громче. – Спелась с начальством и думает, будто теперь имеет право раздавать приказы.
Мир перевернулся и замер. Ледяной гнев растаял без следа. Взвыл страх, словно зверь, выпущенный из клетки.
В ушах зазвенело.
Шлюха. Проститутка. Трахается с учителями. Отсасывает за оценки.
Все повторилось по новой. Я опять наступила на те же грабли. Только теперь не просто отшибла колени – на сей раз я потеряла все, что было. Мне уже не встать, не отмахнуться и не пойти дальше. Больше не получится.
Моей карьере конец. Много лет я пахала как проклятая в сфере, где женщин откровенно недолюбливают, добилась успеха, а теперь все пойдет прахом по воле мерзкого мужлана, который взял самое прекрасное, что у меня было – недавно обретенное сокровище, – вывернул наизнанку и измарал в грязи, использовав против меня же.
На руке сжались теплые пальцы. Мягкие и на удивление знакомые, что было странно, ведь прошло совсем немного времени, и я не успела к ним толком привыкнуть, выжечь их следы клеймом у себя на коже.
– Лина, что случилось? – пробился сквозь хаос в мыслях густой голос.
Я растерянно подняла голову и увидела синие глаза. Аарон жадно смотрел на меня. Так глядят на крушение поезда: со страхом и болью.
– Каталина, – настойчиво повторил Аарон.
Я наконец очнулась. Хотела улыбнуться, однако улыбка увяла на губах.
– Ничего, – выдохнула я, качая головой. Надо поскорее увести его. Не хочу, чтобы Аарон это слушал. Чтобы Джеральд и его заплевал своим ядом. – Ничего не случилось.
Лицо у него было такое, что хотелось обнять, обхватить ладонями голову и утешить мягкими поцелуями. Но я будто окаменела. Только и было сил, что смотреть, как Аарон поворачивается к моей подруге.
