48
0С таким же уважением, как и к остальным.
Голос срывался на писк. Прозвучало жалко и слабо. Но, по крайней мере, мне удалось высказаться без истерики и лишних слез.
– Буду очень признательна.
Глаза остекленели. Пришлось несколько раз моргнуть, чтобы не показывать обиды. В горле от стыда встал острый комок. Почему? Я же ни в чем не виновата. Мне не впервой сталкиваться с подобным обращением, но даже после всего, что случилось много лет назад, я по-прежнему не представляла, чем можно ответить.
Джеральд закатил глаза.
– Лина, не принимай близко к сердцу. – Он смерил меня снисходительным взглядом.
Он осмотрел зал, рассчитывая на поддержку.
Остальные промолчали.
Краем глаза я заметила, как Гектор в своем кресле сник.
– Джеральд… – заговорил он устало и обескураженно. – Ну зачем так, приятель…
Глядя на Джеральда и унимая в груди обиду, я старалась не смотреть на Кабира и Аарона.
Они, наверное, думают, что держат нейтралитет, хотя это не так. Их молчание говорит само за себя.
– Ладно, что такого? – фыркнул Джеральд. – Я не сказал ничего особенного. Девушкам можно и не…
Не успела я набраться смелости и заткнуть ему рот, как заговорил человек, от которого я совершенно этого не ожидала.
– Мы закончили.
Я резко обернулась в его сторону и обнаружила, что он смотрит на Джеральда леденящим взглядом. В комнате заметно похолодало."
"Покачав головой, я отвела взгляд. Аарон за последние десять минут не раз имел возможность высказаться, только решил промолчать. Вот и молчал бы дальше.
Кресло Джеральда скрипнуло по полу, выпуская его на волю.
– Да, конечно, на сегодня хватит, – невыразительно заговорил он, собирая вещи.
Отпустив напоследок шпильку, Джеральд направился к дверям и вышел.
Сердце колотилось в груди, отзываясь в висках.
Кабир тоже встал и, извиняясь, глянул на меня.
– Я с ним не согласен, ясно? – Он мельком покосился на Аарона и снова повернулся ко мне: – Все придумал Джефф, именно он хочет, чтобы ты занялась организацией праздника. Поэтому не бери в голову. Воспринимай как комплимент.
Не утруждая себя ответом, я проводила его взглядом до выхода.
Гектор – человек, который фактически принял меня в семью и относился как к родной дочери, – покачал головой и одними губами прошептал: «Qué pendejo»[6]. Я слегка улыбнулась. Метко сказано, хоть в Испании нас за такие слова оттаскали бы за уши.
Гектор прав. Джеральд тот еще мудак.
Оставался Аарон. Он на меня не смотрел. Неспешно собрал длинными пальцами вещи и не менее длинной ногой отодвинул кресло, чтобы встать во весь рост. Мимолетно поднял голову и посмотрел на меня с обычным для себя отстраненным видом.
