Испанский любовный обман

Как ни странно, хотелось другого: неспешно погладить каждый сантиметр потной, блестящей кожи. Оставаться там, где есть – может быть, даже заставить его таскать меня на руках до конца дня!

От этой мысли стало страшно. Нет, жутко до дрожи!

Должно было стать. Только в этот момент меня волновало другое: как дико стучит сердце, прижатое к груди Аарона.

Тот наконец заговорил, и голос прозвучал прерывисто:

– Каталина, ты меня ущипнула.

Да. Мне было до ужаса стыдно.

Что откровенно шло вразрез с коварной, радостной ухмылкой, расплывшейся у меня на губах. Я не узнавала себя в тот момент, не понимала, отчего улыбаюсь во все зубы и подстрекаю Аарона ответить тем же.

– Я отказываюсь давать показания, – выдавила я сквозь улыбку. Аарон по-прежнему держал меня в руках. – Если тебя кто и ущипнул, то ты сам напросился.

– Да ну?

Он дернул уголком губ.

Давай же, улыбайся!

– Ага. Заслужил на сто процентов.

– Даже если перед этим я спас предполагаемого хулигана от падения?

Вокруг глаз собрались морщинки от улыбки, которую я тщетно искала на губах, все еще поджатых в одну линию.

– Падения? Я просто решила прилечь на травку.

– Ты смешная и совершенно невозможная женщина. В курсе ведь?

Конечно. Я была готова это признать, но Аарон сдался и одарил меня желанной улыбкой. Губы у него приоткрылись, лицо, совершенно переменившись, озарилось светом. Такую улыбку я видела всего один раз, и сердце тогда сошло с ума. Наверное, глаза у меня тоже заблестели.

Он прав. Я смешная. Потому что это откровенно смешно.

– Эй, ребята, – позвал нас Даниэль, нарушая момент и разгоняя маленькое счастливое облачко, в котором я пребывала.

Я услышала его шаги, и улыбка увяла.

Получается, это было лишь спектаклем ради него и прочих гостей?

Наверное. Скорее всего. Такого поведения ждут от влюбленных парочек. Обнимашек, улыбок и жарких взглядов.

Вмиг стало неуютно. Улыбка Аарона растеряла прелесть. Моя же показалась дурацкой.

И, наверное, хорошо, что Аарон перестал улыбаться, хотя по-прежнему, невзирая на присутствие Даниэля, не отрывал от меня взгляда, даже когда ослабил хватку на моей талии и опустил на землю. По крайней мере, мне так казалось, потому что веки трепетали, и я толком не видела его лица, прижатая всем телом к твердой бугристой груди.

Ноги без особой уверенности встали на ровную поверхность. Голова кружилась от непередаваемых ощущений, бегавших по всему телу. Хорошо, что Аарон придерживал меня за талию.

Однако тот, удостоверившись, что я не упаду, сразу убрал руки. Правда, умудрился при этом дернуть за волосы, выбившиеся из хвоста.

Сердце опять ухнуло в ноги.

Особенно когда Аарон медленно склонил ко мне голову.