Инструкция: перевоспитать бабника

Они уже и не надеялись, что этот кобелина когда-нибудь с кем-то жить будет на постоянной, так сказать, основе. А тут даже, вроде как, свадебкой и внуками запахло…

— Так! Молчать! — Глеб отпустил ничего не понимающую меня и рванул быстро к сестре. Сгрёб её в охапку и потащил в сторону коридора, оставив меня в полной растерянности.

Какая, ёпрст, свадебка?! Какие дети?!

Оглушенная последними событиями и речью Птахи, я практически рухнула на стул, стоящий в полуметре от меня.

Выпроводив гостью, Глеб вернулся назад. Сев на корточки передо мной, накрыл ладонями мои руки, которые я непроизвольно сжала в кулачки.

Не произнеся ни слова, смотрел на меня снизу вверх.

— Какая свадьба и де…ти? — споткнулась на втором слове, когда хриплым голосом с трудом выдавила из себя этот вопрос. — Я даже с твоими родителями ещё не знакома!

— Сама виновата, что не знакома, — проворчал Глеб. — Я тебе уже пару месяцев намекаю, что хочу познакомить вас. А ты либо не понимаешь, либо не хочешь понимать. Я родителям рассказал про тебя ещё в самом начале, как мы съехались… Так что, родители давно терроризируют меня — познакомь, да познакомь.

А я что? Тебе говорю, что они нас к себе приглашают, а ты — то рано, то некогда, то ещё какая-нибудь причина.

Вот уж не думала, что он серьёзно хочет меня с ними познакомить. Весь разговор про родителей какими-то намёками, из которых совершенно не ясно, что он хочет донести до меня.

Ладно, с этим более-менее разобрались.

— А что на счёт моего вопроса?

— Эх, испортила Птаха мне весь сюрприз! — когда Глеб одной рукой потянулся к карману пиджака, в котором он был, я вся словно окаменела.

Не может быть! Он же не сделает то, о чём я сейчас подумала?! Или всё-таки?.

.

— Не так я, конечно, планировал, но… — продолжил торжественно Глеб, доставая бархатную красную коробочку. Открыл её и протянул ко мне. — Я люблю тебя и хочу, чтобы мы поженились. Ты выйдешь за меня?

Навернувшиеся на глаза слёзы, которые я даже не пыталась скрыть, мешали мне увидеть кольцо, которое было в этой коробочке.

Впрочем, мне было всё равно какое оно. Хоть бумажное!

Главное — он признался в любви первый и даже решился на то, чтобы официально закрепить наши отношения!

Главное моё опасение, что убить в нём Казанову не получится, понемногу сходило на нет.

Я видела, какими взглядами он окидывал тех девушек, которые осмеливались флиртовать с ним, не обращая внимания на моё присутствие. Возможно, надеясь, что я сестра. А некоторым, возможно, было фиолетово кто я — сестра, девушка или жена.

Самое важное — как он смотрел на них. Абсолютно пустым, не заинтересованным взглядом, который выражал что угодно, но только не мужской интерес.

Не знаю, долго ли это будет продолжаться — неделя, месяц или год.