Индульгенция 1. Без права выбора

Да и зона отрицания — эдакая защита от потустороннего проникновения — работала на все сто. Та же Навка, например, если бы не была связана со мной кровью, никогда бы по-тихому сюда не проникла.

Так что портал был открыт прямо возле ворот и возле него стоял высокий, худощавый мужик в темном плаще, с нетерпением постукивая о землю длинным посохом с красным навершием.

— Видар? — спросил он, чуть сощурившись. На башке у него, несмотря на жару, был капюшон, из которого на меня смотрели холодные глаза, абсолютно лишенные эмоций.

— Для кого Видар, а для кого и Ваше Сиятельство.

Ты кто, льдышка? — ну да, я уже вошел в роль, и меня начинало нести. И это я еще только разгоняюсь.

— Барон Лев Кириллович Стужев. Глава побочной ветви рода Моровых. Прошу следовать за мной. Находясь внутри, от меня ни на шаг. Ничего не трогай, ни на что не реагируй. Что бы ты там ни услышал и ни увидел — не дергаться. Навь — это сплошной обман привычных чувств. Просто следуй за мной шаг в шаг и будет все хорошо.

— Ой, прям так боюсь, что коленки дрожат, — появилась Навка.

Этот глянул на нее, как-то прищурился и аж отшатнулся.

В его до этого абсолютно лишенных эмоций глазах вдруг заплескался ужас.

— Дух второго порядка?!!! — неверяще выдохнул он.

— Умный мальчик. Но ошибочка вышла. Скорей всего, уже первого. Правда, мне для подтверждения надо пройти Круг Души, но это уже нюансы.

— Но как вы…

— Что? С ним? — указала она на меня. — Он хороший и трахается отлично. Я его защитница, подружка и любовница. Три в одном — дайте две. Так что шутить не советую, потому как я тоже люблю это дело. Правда, Видар говорит, что у меня с чувством юмора плохо, но я стараюсь и учусь.

Чего вылупился, как Кощей на Ивана Царевича?

— Он же слабей вас!!! Намного! Он бы не смог подчинить такого сильного духа. Так не бывает!!! — у мужика походу случился когнитивный диссонанс и он начал заговариваться.

— Слышь, барон? Не надо мне говорить, что я могу, и я не скажу, куда тебе надо идти! — не выдержал я, еще больше входя в роль. — Вы там у себя на севере вообще остатки мозгов приморозили, раз ты позволяешь себе подобные высказывания⁈ Наняли тебя таксистом, так и вези. И не надейся, за болтовню денег не доплачу.

И в пути музыку нормальную ставь, а не про страдания мужичка, несправедливо отправленного на каторгу за то, что убил двадцать человек.

Ой, как у нас рожа-то перекосилась! От былого хладнокровия и следа не осталось. Вот точно, решит напакостить — носом чую. Но у меня есть Навка и огромное чувство собственного величия. Поэтому похер — я в этом мире только и делаю, что отхватываю и вылезаю из самых разных задниц, как бы двусмысленно это не прозвучало.

Так что мне Навь была не страшна, а даже любопытна.