4
0.
— Нокс, посмотри на меня.
— Нет.
— Я собираюсь ударить тебя и убедиться, что оставлю следы, ты, маленький придурок.
— Нет!
Вот тогда у меня открываются глаза.
Раздается звон, громкий, постоянный и без всяких перерывов.
Сначала я думаю, что все это у меня в голове. Звон.
Стук в черепе. Чертовы тени.
Моя голова — это то место, куда они идут, когда решают время от времени навещать меня, просто чтобы убедиться, что они все еще держат меня. Что маленький мальчик внутри, которого я медленно убивал последние двадцать лет, не умер.
Что он все еще дышит, все еще закрывает глаза, и ему снятся кошмары о тенях прошлого.
Он все еще живет со своими демонами.
Но звон не в моей голове. А откуда-то
рядом. Мой телефон.
Я хватаю его с бокового столика, закрываю глаза рукой, затемняя зрение. Свет ослепляет в моем состоянии после кошмара. В каком-то смысле я становлюсь единым целым со своими тенями, жаждущими тьмы и неспособными существовать вне ее. Так что, свет и я никогда не были по-настоящему близкими друзьями.
— Лучше бы у тебя была веская гребаная причина звонить мне так рано утром.
— Ее Величество королева позвонила и сказала: «Извините за ваш чертов французский».
— Уверен, что она также сказала тебе пойти подрочить.
Он притворно ахает.
— Как ты смеешь вкладывать такие нецензурные выражения в ее уста?
— Есть ли причина для твоего звонка, Дэн?
— Богохульство! Что может быть важнее королевы?
— Мое время для сна. — хотя он действительно разбудил меня от кошмара, так что я должен быть благодарен, на самом деле. — Итак, ты мертв?
— Очевидно, что нет.
— Ты находишься в затруднительном положении и нуждаешься в помощи?
— Не совсем.
— Тогда перезвони мне, когда не будет раннего утра. Если случайно у тебя возникнет чрезвычайная ситуация до этого, позвони 911.
— Во-первых, пошел ты. Во-вторых, я, кажется, говорил тебе, что сегодня мы играем в гольф с мэром, и ты должен был приехать около... пятнадцати чертовых минут назад. И, наконец, сейчас не раннее гребаное утро.
Я убираю руку от глаз и смотрю на время на телефоне. Конечно же, уже больше десяти.
Учитывая, что я не из тех, кто спит дома, это так же странно, как трахаться боком.
— Где ты, черт возьми, вообще находишься? — спрашивает Дэниел, с каждой минутой становясь все более нетерпеливым.
Он в веселье и играх, пока все не пойдет не по его плану.
Хотя большинство его планов отстой, и иногда они слегка импульсивны, что может сыграть определенную роль в огромном количестве людей, которых он привлекает на ежедневной основе.
Он мой единственный британский друг в Штатах. Мы вместе изучали юриспруденцию, вместе окончили университет и теперь работаем вместе.
Мы даже трахались вместе. Не он и я. Между нами, всегда была девушка.
