4
0
— Ты все еще защищаешь его после того, как он испоганил мое лицо? То самое лицо, которое стоит миллионы долларов и красуется на обложках бесчисленных журналов?
— Мне очень жаль. Уверена, что он не хотел этого.
— Ты, должно быть, действительно любишь его, если извиняешься от его имени после того, как ты явно разбила ему сердце.
В моем горле сгущается ком размером с мой кулак.
— Это... сложно.
— Я вижу. Он назвал тебя Анастасией, и я предполагаю, что это не из-за каких-то ролевых игр, о которых я не знал. Поэтому ты попросила меня прийти сюда? И что за чушь про то, что ты ко мне подкатываешь, когда мы оба знаем, что это неправда?
Я прикусываю нижнюю губу. Я действительно не хотела, чтобы Нокс нас застукал, не то, чтобы что-то происходило. Я только пролила свою воду на Дэниела и пыталась вытереть ее, когда вошел Нокс.
Дэниел вытер тыльной стороной ладони нос, прежде чем его пристальное внимание упало на меня.
— Может, я и не выгляжу так, но я никому не позволяю использовать себя, особенно когда речь идет о причинении вреда моему лучшему другу.
— Я не использую тебя... Я просто хотела попросить тебя о помощи.
— В чем?
— Безопасности Нокса. Если он тебе дорог, не объясняй ему эту ситуацию. Пусть он поверит, что я к тебе подкатывала.
— Так он возненавидит тебя?
Мои губы дрожат.
— Да.
— Это значит, что он будет ненавидеть и меня, а я на это не готов. Так что тебе придется дать мне что-то большее, чтобы я смог продолжить этот план.
Я делаю глубокий вдох.
— Я ухожу.
Он отводит руку в сторону и наклоняет голову, будто я наконец-то завладела его безраздельным вниманием.
— Почему?
— Потому что я представляю опасность для его жизни, и если я останусь, он будет мертв в мгновение ока.
Дэниел не реагирует бурно. На самом деле, он вообще никак не реагирует, чего и следовало ожидать от адвоката, я думаю. Он прислоняется к стене, скрестив руки на груди.
— Объясни более подробно.
— И ты мне поможешь?
— Если твоя цель защитить его, то помогу.
Хорошо.
Я могу это сделать.
Если и есть кто-то, кто может помочь мне держать Нокса подальше, так это Дэниел. Даже если это означает причинить ему боль в процессе.
Однако никакая эмоциональная боль не сравнится с тем, что случится с ним, если он будет настаивать на том, чтобы остаться со мной.
Удивительно, но слова не кажутся тяжелыми, когда я признаюсь Дэниелу:
— Потому что мой отец глава Русской мафии Нью-Йорка, и Нокс находится под угрозой из-за этого.
Глава 33
Нокс
Потребность в насилии не покинула мой организм.
Более того, она растет и усиливается несмотря на то, что я в процессе убийства боксерской груши в спортзале моего жилого здания.
Я продолжаю наносить удары, представляя себе лицо Дэниела в качестве замены. Или лицо любого другого мужчины, который когда-либо прикасался к ней.
Любого.
